Я выдыхаю.
Нет. Я не маленькая девочка, которая боится услышать правду.
Сердце стучит быстро, но уже не от обиды. От решимости.
Я поднимаю руку. И стучу.
Тишина.
Я поджимаю губу и припадаю виском к двери, как будто пытаюсь услышать там ответ. И снова легонько стучу.
Никто не отвечает.
Секунду стою, потом машинально нажимаю на ручку. Дверь открыта.
Сердце делает неловкий скачок.
— Макс? — тихо зову я, заходя внутрь.
В квартире пусто. Тихо. Только где-то из глубины комнаты слышен шорох.
— Тетя Тамара, здравствуте, — пытаюсь позвать его маму — Вы дома?
Никто не отвечает. Я прохожу по коридору осторожно, будто боюсь нарушить что-то хрупкое.
Дверь в его спальню приоткрыта.
Макс лежит на кровати поверх покрывала, уткнувшись в потолок. Телефон валяется рядом. Волосы растрёпаны, взгляд пустой.
Я делаю шаг. Он замечает движение, резко приподнимается.
— Алин? — садится, быстро проводит рукой по лицу. — Я… не слышал, как ты зашла.
— Дверь была открыта, — тихо отвечаю я, кивая в сторону двери.
Он кивает.
—Наверное, мама уже ушла, — говорит он задумчиво,- дверь оставила открытой, а я не услышал ее…
Повисает пауза.
Я остаюсь у двери, не решаясь пройти дальше.
Макс смотрит на меня внимательно. Уже без злости. Без вспышек. Просто устало.
— Ты в порядке? — спрашивает он.
— Да. Ты? — отвечаю сразу.
Он усмехается коротко.
— Живой.
Я делаю несколько шагов и останавливаюсь у кровати.
Солнце из окна ложится полосой на пол. В комнате пахнет его шампунем и чем-то ещё — знакомым, родным. От этого запаха становится немного легче.
— Вчера было плохо, — говорю я первой.
— Прости, я немного… сорвался.
Он не оправдывается. Просто признаёт.
— Я не хотел на тебя давить, — добавляет тихо.
Макс опускает взгляд на свои руки.
— Я когда тебя увидел с ним… у меня будто что-то переклинило. — Он смотрит прямо -Это не оправдание. Просто… факт.
Я сажусь на край кровати, оставляя между нами расстояние.
— Я тоже была не права, — признаю. — Я поехала назло.
Он поднимает глаза.
— Зачем?
Я нервно переплетаю пальцы.
— Потому что устала чувствовать себя неопределённой.
Он долго смотрит на меня.
— Ты не неопределённая, — говорит наконец. — Я просто идиот иногда.
Я невольно улыбаюсь.
— Иногда?
— Ладно. Часто.
В комнате становится чуть легче.
— Я не хочу с тобой воевать, — произношу тихо.
— Я тоже.
Он двигается ближе.
Теперь расстояние между нами меньше ладони.
— Когда ты сказала остановить машину… — он делает паузу. — Ты была права. Я был на взводе.
— Я испугалась, — честно говорю.
Он замирает.
— За себя?
— За тебя. Ты был такой агрессивный, я испугалась.
Это повисает между нами.
Макс медленно выдыхает.
— Я не хочу, чтобы ты меня боялась.
— Я не боюсь тебя, — качаю головой. — Я боюсь, когда ты перестаёшь себя контролировать.
Он кивает. Принимает. И это важно.
— Я не умею спокойно, — говорит он чуть тише. — точнее.. с тобой всё слишком… живое.
— Это не значит, что должно быть больно.
Он смотрит на меня так, будто пытается запомнить каждое слово.
— Я не хочу тебя отдавать, — произносит он.
Я поднимаю брови.
