Ведущий что-то говорит в микрофон — шутит, объявляет спонсоров, благодарит родителей. Зал гудит, кто-то хлопает раньше времени.
Я скольжу взглядом по рядам. Замечаю, как мужики смотрят на сцену. Не на технику. На ноги. На талию. На грудь. И мне вдруг становится противно. Тут же дети, многим нет еще и восемнадцати. Хотя на таких пялятся прыщавые школьники, их одноклассники видимо. Здорово.
Потом — пауза. Музыка стихает.
Ведущий улыбается, листает карточки.
— Пара номер семь…
Желудок неприятно тянет. Как перед дракой. Или перед прыжком с высоты.
— Бельский Кирилл и Сереброва Алина!
На секунду в зале становится тише. Или это у меня в ушах глохнет все остальное.
И вот они выходят.
глава 13
Алина
Я стою у зеркала, поправляю серьгу, хотя она и так сидит идеально. Пальцы немного дрожат. Совсем чуть-чуть. Если не смотреть — не заметно.
— Ты в порядке? — спрашивает Кирилл.
Он спокойный. Слишком спокойный. Как будто мы не на конкурсе, а на обычной репетиции во вторник вечером, ни капли сомнения.
— Конечно, — отвечаю быстро. Вру. Внутри всё стянуто. Не из-за связки. Не из-за шагов. Я знаю номер. Мы его гоняли сотни раз. До автоматизма. Поворот, проходка, поддержка — тело помнит раньше головы.
Я смотрю на себя в зеркало.
Открытая спина. Короткая юбка. Ноги длинные из-за каблуков. Макияж ярче, чем обычно. Губы чуть темнее.
«Ты специально так одеваешся?»
Вчера он сказал это с такой усмешкой, от которой хочется ударить. Как будто я — что-то, что можно оценивать.
И еще эти его слова.. Жесткие. Резкие. Словно я должна была перед ним оправдываться.
Я тогда не заплакала. Но внутри все треснуло. Какая же я глупая. Вырядилась. Надо было правда одеть топ и джинсовые шорты с кроссами как все.
— Слушай меня и не спеши, — говорит Кирилл тихо, становясь ближе — Я поведу.
Я киваю. Он всегда ведёт. Чётко. Жёстко. С ним безопасно — даже в сложных элементах. И всё равно сердце колотится слишком быстро.
Ведущий объявляет предыдущую пару. Аплодисменты через ткань кулис звучат глухо. Скоро наша очередь.
Я закрываю глаза на секунду. Вдох. Выдох.
Не думать о нём. Не вспоминать как он вчера отвернулся. Как сделал вид, что ему плевать. Если плевать — почему так смотрел?
Его слова вчера оскорбили меня и я все еще зла на него.
— Пара номер семь готовится, — доносится голос.
Кирилл подаёт руку. Я вкладываю свою. Тепло. Уверенно.
— Все будет красиво, — говорит он почти шепотом.
Я киваю.
Мы выходим из тени к свету. И в этот момент шум зала становится резче. Я почти не вижу лиц — только пятна, движение, вспышки телефонов.
Становимся на исходную позицию. Я автоматически выравниваю спину, подбородок выше. Сердце грохочет в ушах.
Скольжу взглядом быстро по рядам. Ага. Вижу родителей — в третьем секторе. Мои и Кирилла. Мама улыбается напряжённо. Папа сидит прямо, слишком серьездный. Вика машет мне едва заметно. И вдруг…
Он.
У стены. Руки в карманах. Лицо жёсткое. Смотрит прямо. Не делает вид, что рад меня видеть. Не улыбается. Не машет. Просто смотрит.
И внутри что-то щёлкает.
Я немного теряюсь на секунду. Словно из реальности выпадаю. Как будто свет становится ярче, воздух — плотнее.
