Я смотрю на неё. Долго. Запоминаю каждую деталь — глаза, в которых сейчас нет защиты, губы, которые она слегка прикусывает от напряжения, руки, которые будто не знают, куда себя деть. И внутри вдруг появляется желание. Резкое. Почти отчаянное. Стереть всё это. Не думать. Не чувствовать.
Я притягиваю её к себе. Слишком резко. Она тихо выдыхает, но не сопротивляется сразу.
Я впиваюсь в ее алые губы, вдыхаю её запах. Знакомый. Свой. Знакомый до боли. Она всегда пахнет так, что у меня внутри все срывается. Моя. С самого начала — моя. И только моя. Чистым ангелочком была. Я трогать ее боялся.
Руки сами находят её талию, сильнее сжимают. Я целую её — быстро, жадно, почти грубо. Будто пытаюсь доказать — себе, ей, всему этому миру — что она здесь. Со мной. Что не потерял.
Она сначала отвечает. Но как-то… осторожно. Не так, как раньше. Я чувствую это. И это только сильнее раздражает.
— Макс… — тихо.
— Замолчи.
Я не останавливаюсь. Как будто если сейчас отпущу — снова всё вернётся.
С остервенением на стол ее усаживаю. На затылке волосы посильнее стягиваю. Поддается, голову запрокидывает. За плечи хватается. Трясется вся. И это только сильнее заводит.
Я настойчивее губы ее сминаю, требовательнее, не оставляя пространства, языками переплетаю. Хозяйничаю у нее во рту. Выпить пытаюсь. Покусываю. Хочу ее. Хочу эту мелкую заразу. Внутри все стягивается в тугой узел.
Здесь на этом столе поиметь ее. Разложить. Заклеймить. Забить что мне принадлежит. Моей является. Только со мной можно. Сам хочу убедиться. И себе доказать.
Она упирается ладонями мне в грудь.
— Подожди.
Я почти не реагирую. Ее слова мне не интересны, лишь ее стоны. Только сильнее прижимаю. Сминаю бедра. Поглаживаю ее стройные ножки, чувствуя, как она напрягается подо мной. Сам изнемогаю от желания оказаться внутри ее. Мне нужно ближе. Еще.
— Макс, стой. Остановись., — хрипит принцесса.
Я замираю. Смотрю на неё.
Глаза чуть затуманены, дыхание сбито, губы приоткрыты — она красивая сейчас. До боли. Такая, от которой крышу сносит.
— Что?
Она качает головой, отстраняется немного.
— Не так.
И вот это «не так» — как пощёчина.
— А как? — резко.
— Просто… — она запинается. — Давай поговорим.
Я коротко смеюсь. Глухо.
— Поговорим?
Она кивает.
— Да.
Я отворачиваюсь, провожу рукой по лицу. Сбрасываю с себя это состояние, которое только что накрыло с головой.
— Ты серьёзно сейчас?
— Макс, я пришла не за этим, — тихо.
Я резко поворачиваюсь обратно.
— А за чем? Пожалеть меня?
Она вздрагивает.
— Я переживала за тебя!
— А раньше не переживала, когда врала? — срывается.
Она сразу напрягается.
— Я не…
— Да ладно, — перебиваю. — Не начинай.
Она сжимает губы. Отворачивается на секунду, будто пытается удержаться.
— Я не хочу сейчас ссориться.
— А я, по-твоему, хочу? — голос повышается.
Пауза. Тяжёлая.
Она смотрит на меня. И снова закрывается.
— Я просто хотела быть рядом, — тихо., — Я думала для тебя это важно. Как и для меня.
Я качаю головой.
— Вот именно. Просто рядом.
Слово режет.
Она опускает взгляд.
— Если ты не хочешь, я уйду.
