И ушла, не оборачиваясь.
Я остался стоять у крыльца, держа в руке пустой термос, как полный идиот.
Хотел сделать как лучше.
Получилось как всегда у умных мужчин, которые боятся —
сказал правду без нежности
и превратил ее в пощечину.
—
Глава 11
Марта
Я дошла до дома на одном упрямстве.
Не потому, что Тимур сказал что-то ужасное. Наоборот — слишком разумное. Слишком взрослое. Слишком правильное. И именно поэтому меня это задело так, будто он ткнул пальцем в свежий синяк.
“После таких историй легко спутать облегчение, благодарность и что угодно еще”.
Спасибо, господин мастер очевидности.
Конечно, легко.
Конечно, я не идиотка.
Конечно, я понимаю, что женщина после двенадцати лет брака с эмоциональными американскими горками может принять человеческое спокойствие за чудо, а любое чудо — за любовь.
Я всё это понимала.
Но одно дело — знать самой. И совсем другое — услышать это вслух от мужчины, рядом с которым тебе вдруг стало теплее дышать.
Вот это и унизило.
Дома было пусто. Лёва ушел к Зое на обещанные эклеры и дурновкусную музыку, и за это я готова была поставить Зое памятник у входа в кафе. Иногда лучшее, что может сделать подруга, — просто забрать твоего ребенка на пару часов, чтобы ты могла постоять под душем и ненавидеть мужчин без свидетелей.
Я скинула пальто, ботинки, поставила чайник и только потом поняла, что до сих пор сжимаю в руке чек на материалы для щитка. Бумажка размокла от ладони.
На ней был его почерк. Ровный, жесткий. Несколько названий, цифры, пометки. И всё. Ничего сентиментального, конечно. Ни “звоните, если что”, ни “держитесь”, ни “я не то имел в виду”. А с какой стати? Он же как раз всё это и имел в виду.
Я бросила чек на стол и прошлась по кухне. Раз, другой, третий. Смешно. Женщина тридцати шести лет, почти разведенная, с сыном, ипотекой — точнее, слава богу, без ипотеки, зато с домом, который сыпется по углам, — ходит по кухне из-за одной мужской фразы, как девочка после неудачного свидания.
Но дело было не в фразе.
Дело было в том, что он прав.
Я впервые за много месяцев почувствовала рядом с мужчиной не тревогу, не долг, не усталость, а… покой. Простую физическую возможность не напрягать все внутренние мышцы разом. И моё измученное тело, мой мозг, моя голодная по нормальности душа мгновенно потянулись к этому, как растение к лампе.
Это не любовь.
Не роман.
Не будущее.
Просто нервная система, которой впервые показали, что рядом с мужчиной можно не бояться.
И всё равно больно.
Потому что, когда тебе долго не дают воды, ты и стакан принимаешь за океан.
Я села за стол, налила себе чай и посмотрела в окно. На соседском балконе колыхалось мокрое белье. На детской площадке ветер гонял пустую бутылку. Жизнь была до обидного прозаична для моей внутренней драмы.
Телефон зазвонил так неожиданно, что я вздрогнула.
Илья.
Ну конечно. Как будто мир решил: не расслабляйся, дорогая.
— Да? — сказала я сухо.
— Привет. — Голос у него был трезвый. Уже чудо. — Я хотел уточнить насчет завтра.
— Что именно?
— Я приеду к двенадцати. Заберу Лёву. Верну к четырем.