Он хотел вершить великие дела, хотел пасть смертью храбрых на поле боя! Однако он также понимал, что войска под предводительством Цуй Вэньтина и Хэ Циньху, отправленные на изгнание варваров-ланов, – это императорская армия. А он сам – никто. Отряды, доставшиеся ему от отца, были расформированы и включены в состав государева войска. Да и сам он сейчас был вынужден скитаться по миру безоружный и бесполезный. От титула Бога войны остался лишь пустой звук.
– Настоятель мудр. Спасение жизни – критически важный вопрос, я повинуюсь вашим распоряжениям, – пересилив себя, Юйвэнь Сюн смирился со своим положением беглеца.
Чтобы решить проблему, надо сначала ее признать и принять.
– Отправляйся на гору Чжуннань, там находится даосский храм Чунъянгун. Я в хороших отношениях с его настоятелем, там тебе дадут приют, а об остальном настоятель сам позаботится. Так ты сможешь уехать подальше от Дундучэна и спасти свою жизнь. Рожденный летать не будет ползать, сын мой. Береги себя.
– Наставник, почему вы так добры ко мне?
– Когда монах помогает другим, он этим помогает себе и не видит никакой разницы.
Ответ настоятеля Юйвэнь Сюн так до конца и не понял.
Глава 55 Мужун Цзялянь: Секрет Башни Радостных Голосов
Когда получаешь желаемое, необходимо остановиться, а не требовать большего.
С беспокойным сердцем Мужун Цзялянь опустилась на колени перед изображением дакини Курукуллы и принялась расставлять цветы, раскуривать благовония. Она собиралась помолиться за Юйвэнь Сюна. Со дня, на который была назначена его казнь, прошло уже три дня, а от проклятого Юйвэнь Юньфэя никаких новостей. Цзялянь не знала, жив Юйвэнь Сюн или погиб, ей оставалось только обратиться за помощью к высшим силам.
Девушка молча читала «Сутру сердца», вслушиваясь в окружавшую ее тишину.
– Госпожа, императорский телохранитель Юйвэнь хочет видеть вас, – грубый голос Фэнъи показался Цзялянь мелодичней, чем пение птиц.
Девушка пришла в крайнее волнение, но, сдержавшись, спокойно обернулась. Во дворе Башни Радостных Голосов протянулась тень Юйвэнь Юньфэя. Цзялянь предположила, что тот пришел с хорошими новостями. Зная его трепетное отношение к собственному воинскому достоинству, он бы не посмел явиться ей на глаза с пустыми руками.
– Фэнъи, а где Яшуан? – Если Юньфэй выполнил свое обещание, то и она должна содержать свое слово и отплатить ему, даже если самой несладко придется.
– Госпожа, мне позвать ее?
– Нет, пока не стоит. Сегодня вечером она будет мне прислуживать, а ты можешь быть свободна – присоединись к Амань и принцу. – Мужун Цзялянь захлопнула священную книгу, убрала ее на алтарь, а затем, легко обмахиваясь красным расписным веером, грациозно вышла во двор.
– Приветствую супругу Мужун, – Юйвэнь Юньфэй почтительно улыбался, но в его выражении лица также скрывалась надежда.
Цзялянь сделала вид, что не услышала приветствия, обогнула его и направилась в густую бамбуковую рощу. Юньфэй, как верный пес, последовал за ней.
– Говори уже, герой-генерал, где он? – Мужун Цзялянь остановилась под высокими стройными стеблями бамбука и прикрыла лицо веером, оставив открытыми только глаза.