Пролог
– Согласен ли ты, Эндрю Фредерик из рода Ньярмэ, взять в жены Ванессу Паулину Августу из рода фон Руд, чтобы быть ей верным мужем в здоровье и болезни до конца своих дней? – монотонный голос жреца богини Артеры навевал совершенно меланхоличные мысли. Хотя еще больше испортить и без того испорченное настроение поначалу казалось чем-то невозможным.
– Согласен, – скупо ответил жених, до боли сжав мои пальцы.
Демоново отродье! Сам отказаться не в состоянии, решил переложить груз ответственности на мои хрупкие плечи.
Ну, ничего, выпутаемся из передряги, я ему мозг выем. Самой маленькой ложечкой.
– Согласна ли ты, Ванесса Паулина Августа из рода фон Руд, взять в мужья Эндрю Фредерика из рода Ньярмэ, быть ему верной женой в здоровье и болезни до конца своих дней?
Я промолчала, и в храме разлилась звенящая тишина. Так что от красноречивого покашливания маркиза Ньярмэ мы с Эндрю вздрогнули.
– Не согласна.
– Что, простите? – жрец встрепенулся, его щеки и шея пошли ярко-красными пятнами.
– Не согласна, – повторила, и тут же была подцеплена под локоток раздосадованной матерью.
– Извините, мастер Гензелис, – с улыбкой, больше похожей на оскал, проговорила баронесса. – Моя дочь переволновалась. Магический брак заключается один раз и на всю жизнь, большая ответственность, сами понимаете…
– Понимаю, – милостиво заявил жрец, немного приходя в себя.
– Позволите, мы возложим Богине цветы и помолимся в закрытом алькове, – продолжила мама, воздев глаза к лику Артеры. – Ванесса сразу придет в себя, и вы продолжите церемонию.
– Одобряю, – мастер Гензелис распростер руки, и в левой стене открылись потайные створки, приглашая заблудших чад воссоединиться с Богиней.
Мама поиграла пальцами, и в её ладонь легла связка белых цветов.
– Иди, – шикнула она мне, так что поневоле пришлось подчиниться.
– Что ты творишь? – едва дождавшись, когда закроется потайная дверь, прошипела баронесса фон Руд.
– То, что и должна была, – ответила со всей возможной решительностью. – Ни я, ни Эндрю не желаем этого брака.
– Спать вместе вы желаете, а жениться нет? – мама округлила глаза и произнесла фразу с каким-то благоговейным испугом.
– Иногда так случается, – заявила, скрестив на груди руки.
– Ты леди, Ванесса. Дочь барона. Кто захочет жениться на порченной… – она не договорила, прикрыв ладонью рот. Должно быть, хотела вставить словцо покрепче, но убоялась статуи Богини, взирающей на нас со вселенским укором.
– А кто сказал, что я стремлюсь замуж? Буду учиться. Потом поступлю на службу к королю. Не ты ли хотела подобраться поближе к его сиятельному телу?
Мама побледнела. Разом стала, как вымазанная мелом стена.
– Ты позоришь наш род, – предприняла она новую попытку воззвать к моей совести. – Эндрю ведь согласился.
– Из гостей в храме только вы с отцом и маркиз Ньярмэ. Позориться тут не перед кем, – парировала я.
Повезло, что мой младший племянник подхватил оруэнскую лихорадку и угодил в лечебницу, а Биту оставили присматривать за старшим, аргументируя тем, что тот мог заразиться от брата.