Так что сегодня в ритуальную чашу Богини Артеры свои руки опустят не любовники, имеющие прочную магическую связь, а злейшие враги в режиме активных боевых действий.
Глава 1
– Мастер Гензелис, мы готовы повторить клятвы, – проговорила мама, едва переступив порог алькова. И сияла она, словно бриллиант в диадеме.
Поразительное жизнелюбие!
–Мы готовы? – скривив рот, переспросил жених. Намекал на то, что говорить буду я, и решение это должно принадлежать исключительно мне, а не коллективному разуму.
– Ванесса готова. Конечно, Ванесса, – нисколько не смутившись, пропела баронесса фон Руд.
– Оно и страшно, – буркнул Эндрю, отлипая от стены и становясь рядом со мной.
– Прошу вас взяться за руки, – напомнил жрец непреложное правило.
Я протянула свои ладони, а вот Форсайт промедлил, демонстрируя всю вредность своей натуры.
Все равно ведь сделает, от этого нам не сбежать. Но сначала покажет, как ему не нравится принуждение.
– Для кого играешь,родной? –произнесла, почти не двигая губами. – Здесь собралась крайне неблагодарная публика.
– Для тебя,милая. Ч тобы ты заранее осознала последствия каждого, сделанного тобой шага.
– Ты первый начал, согласившись жениться на мне пятнадцать минут назад.
Во время нашей перепалки жрец хмурился, предосудительно качал головой, а после того как Эндрю все же принял протянутые мной руки, прошептал:
– Тут что-то не так.
– Вот и я о том же, – радостно подхватил Форсайт, но тут же умолк, заметив, что мастер Гензелис смотрит не на нас, а на распахнутые дверцы алькова.
– Двери должны были закрыться сразу после молитвы и принесения даров. Вы ведь произнесли молитву? – обращался он ко мне, но я перевела взгляд на матушку.
– Конечно. И возложили цветы, – тут же отозвалась она. Серьезно отозвалась, без капли раскаяния в голосе. Будто все время нахождения перед статуей не давила на меня, а молилась со рвением истовой прихожанки.
– Тогда Артера хочет сказать нам о каком-то незаконченном деле, – не желал успокаиваться жрец.
– Богиня хочет, чтобы мы завершили брачную церемонию, – патетично воскликнула баронесса. – Но, если после ритуала дверцы останутся открытыми, мы с Ванессой повторим молитвы.
– Да будет так, – мастер Гензелис поднял руки, устремляя взгляд к вершине купола, и не отрываясь от созерцания нарисованного там лика, проговорил. – Согласна ли ты, Ванесса Паулина Августа из рода фон Руд, взять в мужья Эндрю Фредерика из рода Ньярмэ, быть ему верной женой в здоровье и болезни до конца своих дней?
– Согласна, – мой голос был лишен каких-либо эмоций. Зато Форсайт едва не задохнулся от злости.
– Раз двое дали согласие и просят соединить их магически, ниспошли нам благодать свою, – из кончиков пальцев жреца хлынули искры, и, опадая на алтарь, открывали взгляду глубокую, наполненную мутной водой чашу.
– Богиня смилостивилась, – мастер Гензелис с облегчением выдохнул. Видимо, после моих выкрутасов сомневался в благополучном исходе. – А теперь, опустите в чашу руки.
– Как глубоко? – все более раздражаясь, рявкнул Эндрю.
– Как получится, – загадочно ответил жрец.