Опаснее сумасшедшего некроманта может быть только целитель, желающий усилить свой дар. И чтобы немного отвлечь это чудовище, я задала вопрос из другой сферы:
– Получается, прошлое похищение не связано с охотой на членов моей семьи, и ты устроил представление, желая инициировать сцепку наших магий?
Не могла понять, в какой момент он осознал, что мы являемся половинками. Неужели при первой встрече в коридоре у комнаты Эндрю?
– Почему же не связано… – хмыкнул Фрит, отстраняясь от меня и снова проходя к трону. – Я уже много лет выполняю тайные поручения короля. Не скажу, что мне нравится, но выбора никакого: все сильнейшие маги нашего государства лишь марионетки в руках Адриана III.
– Что?
– То, – некромант рассмеялся. Как-то слишком по-доброму, будто объяснял элементарные вещи несмышленому, но очень любимому ребенку. – Ты была моим заданием, Ванесса.
Глава 40
Всегда считала себя сильной личностью, но эти слова надломили меня, словно тонкую соломинку. Хотелось рухнуть на каменный пол древнего замка и лежать, не подавая признаков жизни.
Все-таки удивительно устроен человеческий мозг: когда Фрит рассказывал о своей матери и меня посетила страшная догадка, я отреагировала вполне сносно и была готова сражаться, если он попытается со мной что-нибудь сотворить. А вот сейчас в душе разлилась пустота, словно я пережила предательство близкого человека.
Наверное, дело в том, что после признания в обретении целительского дара, я успела увериться в невиновности Фрита и почувствовала причастность к его судьбе. Более того, прониклась чувством вины, осознавая, что вместе нам быть не суждено, значит, и развития его новые способности, увы, не получат.
– Думаю, нужно рассказать с самого начала, – он откинулся на спинку трона, на мгновение прикрывая глаза. – Чтобы избежать недосказанности в нашей дальнейшей совместной жизни.
Даже перебивать не стала. Пусть думает, что я приняла факт скорого развода и нового замужества. Может, потеряет бдительность, и мне удастся припечатать его огоньком.
– Твой отец стал мешать королю.
А вот это попахивало неправдой.
– Не отец, а адмирал! – возразила с чувством.
– Заблуждаешься. Но я могу понять почему – ситуация с твоей сестрой выглядит более чем двусмысленно.
– Наколдуй мне, что ли, какой-нибудь стул! – гаркнула, скрестив на груди руки. Настроение, после упоминания отца, скатилось на самое дно бездны. Потому что все версии о причинах опалы нашей семьи теперь сыпались, как карточный домик, а выстроенные стратегии были совершенно непригодны.
– Садись рядом. Тут места более чем достаточно.
Так-то да, престол был воистину королевским и состоял из четырех рядом стоящих тронов. Видимо, когда-то на нем восседали герцог с женой и старшими сыновьями.
– Люблю разговаривать, находясь лицом к собеседнику, – заявила, едва удержавшись, чтобы не переступить с ноги на ногу.
– Садись, Ванесса, – Фрит похлопал по бархатной обивке сиденья, которое с каждым мгновением казалось мне все более привлекательным. – И я смогу тебя удивить.
– Сегодня прямо день открытий, – буркнула, направляясь к трону. Любые удары судьбы нужно принимать с высоко поднятой головой. А сделать это я смогу, только если облокочу обо что-нибудь свою спину.