– Мы ведь учимся в одной Академии. Будем сталкиваться. А держаться на расстоянии от своей пары я физически не смогу.
– Попрошу отца устроить тебе досрочную сдачу диплома.
Фрит замер на мгновение, а потом улыбнулся и протянул:
– По рукам.
То есть меня сейчас оценили ниже диплома? Какой же он, все-таки… некромант!
Эпилог
– Пахнешь вкусно, – Эндрю прижал меня к стене, беззастенчиво задирая юбку.
– Миретта отдала мне духи, которые ей подарили король с королевой, – сказала, чувствуя, что от поцелуев, которые с шеи спустились до кромки декольте, у меня начинает кружиться голова.
– Может быть, в них подмешано какое-то зелье? – одна рука моего мужа поглаживала кромку чулок, в то время как вторая пыталась распутать сложную шнуровку корсажа.
– Не выдумывай, – ответила я, запуская пальцы в его волосы. – Над дверью ее апартаментов висит артефакт, не позволяющий пронести туда вещи, вредящие здоровью.
Ответить ему было нечего, да Эндрю и не хотел, закидывая мою ногу к себе на бедро. Вторую я подтянула сама, с удовольствием ощущая, как он возбужден.
– Сколько у нас времени? – спросил, просовывая ладонь за корсаж моего платья. Я застонала, ощущая, как сильные пальцы сжимают полушарие груди.
– Пятнадцать… ммм… – договорить не смогла, потому что кто-то заткнул мне рот потрясающим поцелуем.
– Пятнадцать часов? – оторвавшись от меня, произнес муж, видимо, размышляя, где закончить разврат: на постели или возле стены тоже будет вполне неплохо.
– Пятнадцать минут, – возразила, попытавшись сфокусировать взгляд.
– Успеем, – уверенно заявил Форсайт. – Мы две недели не виделись, я все равно долго не продержусь.
Я замычала отрицательно, потому что не хотела вот так: впопыхах, даже не снимая одежды, но снова была заткнута. Опомнилась, когда щелкнула пряжка ремня.
– Думаешь, будет не видно, чем мы занимались? – произнесла я, всматриваясь в любимое лицо. Шрамы совсем поблекли, но они были и останутся на коже Эндрю до конца его дней.
– Будет заметно, но мне плевать. Король и сам не образец добродетели. Не удивлюсь, если он нас подслушивает.
Последнее предположение застало меня врасплох, так что я выставила вперед руки, не давая Форсайту продолжить начатое.
– Тут, что же, спрятан какой-то отслеживающий артефакт? – я заозиралась по сторонам, а Эндрю, вместо того чтобы меня успокоить, подлил масла в огонь.
– У короля не только подслушиватели везде натыканы, но и подглядыватели. Старый параноик…
Это стало последней каплей. Я забарахталась в руках мужа и поспешила ощутить под ногами твердую почву, точнее шикарный деревянный паркет, защищенный от повреждений жутко затратным бытовым заклинанием.
Ни о каком интиме больше речи не шло.
Да я теперь побоюсь даже переодеваться без ширмы!
Видя мои метания и безрезультатные попытки привести в порядок прическу, макияж и платье, Эндрю ржал, как обезумевшая гнедая. А я решила, что обязательно ему отомщу. Сбегу к Миретте во дворец и буду жить здесь до самых родов сестры. Посмотрим, как запоет муженек, если еще два месяца проведет на голодном безынтимном пайке.