Прощай, Марина-терпила.
Здравствуй, Марина, которой абсолютно нечего терять.
Дверь кабинета распахивается.
Руслан Тимурович выходит из кабинета стремительно, на ходу застегивая пиджак.
Его лицо снова непроницаемо.
— Выпила? — бросает он, не глядя на меня. — Собирайся. Мы выиграли тендер на облагораживание эко-парка «Зеленая пойма». Выезжаем на объект. Надо посмотреть, как обстоят дела на месте.
Я замираю, так и не донеся чашку до стола.
— Эко-парка? — я хмурюсь, забыв про свежеобретенную стервозность. — Руслан Тимурович, мы — «Вертикаль». Мы льем бетон, возводим стеклянные небоскребы и пробиваем скальные грунты. Кустики, белочки и ландшафтный дизайн — это вообще не наш профиль!
Он останавливается у лифта и переводит на меня тяжелый взгляд.
— Не наш, — холодно подтверждает он. — Но мы это сделаем. Потому что тендер правительственный, и за ним стоят люди, которым я не собираюсь отказывать. Ноутбук, планшет, сметы. Живо.
Я опускаю взгляд на свои ноги.
— Руслан Тимурович. На мне юбка-карандаш, в которой я могу делать шаги максимум по пятнадцать сантиметров, и модные шпильки. Какой объект в лесу? Я там увязну!
— Значит, понесешь свои шпильки в зубах, — невозмутимо парирует он. — Лифт через минуту.
Я скрежещу зубами, сгребаю в сумку планшет, и мысленно проклинаю этого невыносимого деспота.
Вылетаю в коридор, цокая каблуками. Подходит лифт и мы спускаемся на первый этаж в звенящей, напряженной тишине.
Двери лифта разъезжаются в просторный холл бизнес-центра.
Я делаю шаг вперед и… застываю, как вкопанная. Воздух вышибает из легких с такой силой, словно меня ударили под дых.
У турникетов охраны, переминаясь с ноги на ногу, стоит Славик.
Мой почти бывший муж. В той самой дурацкой футболке, которую я подарила ему на Новый год.
В руках он сжимает какой-то чахлый, помятый букет из трех сиротливых розочек, завернутых в прозрачную слюду.
При виде меня его лицо озаряется такой самодовольной, снисходительной улыбкой, что у меня внутри все переворачивается от омерзения.
— Марин! — он бросается ко мне, игнорируя охранника. — Малыш! Ну все, хватит дуться. Я тут подумал… так и быть, я прощаю твою вчерашнюю истерику. Понимаю, ПМС, нервы… Поехали домой, я даже цветы тебе купил!
Он тянет ко мне свои руки. Те самые руки, которыми вчера обнимал брюнетку.
Меня начинает трясти.
В горле встает удушливый, горький ком из непролитых слез, унижения и дикой ярости.
Вся моя новообретенная «стервозность» дает трещину, обнажая кровоточащее, изодранное в клочья сердце.
Я хочу закричать. Хочу вцепиться ему в лицо.
— Не подходи ко мне, — мой голос хрипит. Я отступаю на шаг.
— Ну Марин, кончай ломаться! — Славик раздраженно цокает языком, и его голос становится визгливым. — Кому ты еще нужна-то, кроме меня?! Собирай манатки, ключи отдавай, мы с мамой вечером приедем…
— Охрана.
Голос Руслана Тимуровича звучит негромко, но в нем столько металла, что Славик давится собственными словами.
Мой босс делает плавный шаг вперед, закрывая меня своим широким плечом.
Он смотрит на Славика так, как люди смотрят на кучку собачьего дерьма, в которое случайно наступили новеньким ботинком.