Влад обернулся. Он тоже не маленький — его светлая голова возвышалась над толпой. Заметив меня, он не стал кричать через всю площадь. Он просто поднял руку, приложил ладонь к уху, изображая телефонную трубку, и коротко кивнул. «Позвони».
Ого. У меня внутри что-то щелкнуло. Значит , что выстрелило с моей заявкой?
— О чем он? — спросила Ленка, проследив за моим взглядом.
— Да так, — я покрепче перехватил ее за талию, притягивая к себе. — Дела мужские.
— Опять ты за свое, — засмеялась она, но не отстранилась. — Пошли уже, «бизнесмен». Завтра консультация по литературе, а ты уже под конец заснул.
Ничего я не засыпал- искренне возмутился я
Мы пошли по подмерзшему тротуару. Снежная корка хрустела под ногами, как тонкое стекло. Город затихал, погружаясь в весеннюю спячку 1985-го. Где-то далеко засыпали шпионы, капитаны КГБ и экономические тигры Азии. А здесь, под тусклыми фонарями, шел я, Пахомов, с гудящей головой и странным предчувствием того, что завтра мир станет еще чуть-чуть интереснее.
Но это будет завтра. А сегодня была «Зимняя вишня», вкус Ленкиных губ и хруст апрельского льда под ногами. И это, честно говоря, было самым лучшим, что случилось со мной за последние три месяца моей «новой-старой» жизни. Юность — она ведь не про планы. Она про вот этот момент, когда ты идешь по ночному городу, и тебе кажется, что ты можешь всё. Даже если на самом деле ты просто пацан с невыученными уроками и синяком на лбу.
Глава 23 Валюта
Две копейки привычно скользнули в прохладное нутро таксофона. Трубка пахла табаком и чьим-то дешевым одеколоном — въедливый аромат советской повседневности. Я прижал ее к уху, слушая длинные, гулкие гудки,
— Да, — голос Влада в трубке звучал непривычно бодро, без его обычного ленивого пафоса. — Это Игорь. Ты просил набрать. — А, привет. Быстро ты. Слушай, я в два часа буду возле железнодорожного института. Подскакивай, разговор есть серьезный.Идет?
Идет — не идет, а выбора нет. Сейчас одиннадцать утра. Школа закончится только в два, но чтобы успеть в центр к назначенному времени, нужно сваливать прямо сейчас. Выскочив из промерзшей будки, я рванул в класс за сумкой. Ничего не объясняя Ленке, я просто подхватил вещи и вылетел в коридор. Разборки с учителями — это мелочь, а вот чего я по-настоящему не любил, так это когда мне «закудыкивают» дорогу. Ленка это умела мастерски — один ее взгляд мог заставить остановиться, но сегодня на кону было нечто большее, чем школьный мир.
Дома бабушка как раз ушла в магазин. Я лихорадочно вытащил из тайника тысячу рублей — плотные хрустящие пачки, которые жгли руки своим весом и опасностью. Автобус до центра тащился мучительно долго, целых полтора часа, но к двум я уже был на месте.
Влада я нашел сразу у входа в институт. Я не суетился, подошел спокойно и прямо посмотрел ему в глаза. Тот огляделся по сторонам, проверяя обстановку, и заговорил вполголоса:
— Есть новости, Игорь, и, прямо скажем, жирные. Отца назначают капитаном, через две недели они выходят в рейс. Понимаешь, о чем я?
У меня внутри что-то екнуло.