Батюшка назначил свадьбу на конец лета, и до срока у меня было еще четыре месяца, но я не была уверена, что Огневушка выдержит столько в обществе Ведьмы. Хотелось бы управиться здесь за пару недель, максимум, за месяц. Но пока все мои достижения — умение чисто, без разводов, намывать окна и вытрясать ковры.
— Ничего там нет! — разъяренно рыкнул домовой, явно что-то скрывая. Впрочем, мне нет дела до тайн Юсуповых. Мне бы со своими разобраться.
Однако поведение домового начинало изрядно раздражать. Никакой благодарности за ватрушки! Он делал вид, что не подкупен, а я — что ватрушки моя исключительная благодарность за сведения о Марфе.
— Вам, уважаемый Прокопий Прокопьевич, тоже не стоит появляться в бильярдной. Английское сукно легко набирает пыль, которую из него потом очень сложно убрать.
— На что намекаешь? — с подозрением засопел домовой.
— На то, что сегодня Чистый четверг, а хозяин дома пыль за собой таскает.
— Ах ты! — подавился возмущением домовой, встряхнулся по-кошачьи, хекнул по-особенному, и в мою сторону рванула серая волна. Я даже дернуться не успела, не то, чтобы щит поставить. Мгновенье — и все вокруг было покрыто тонким слоем пыли. Сверху отвратительно захихикали…
Я задумчиво отряхнула платье, обернулась — на побеленной стене остался четкий силуэт, а вокруг, словно художник постарался, темнел серый фон. Мой портрет в исполнении домового. Хм, а на голове-то у меня беспорядок, и я поправила наколку на волосах.
Дошла до чердака, набрала ветоши. На обратном пути обмахнула стену от пыли и шмыгнула к себе в комнату — отмыться. Благо теперь у меня всегда стояли аж два ведра с водой.
Рекомендация от автора:
Изменил жених? Наследство с подвохом? Юная решительная особа управится и с бизнесом, и с претендентами на её деньги. https://author.today/reader/570195
— А князь-то, хозяин наш, страсть как странных людей любит, то путников каких привечает, то пчеловодов, то скопцов. Помню, приходил к нам один любитель редких птиц, так на коленях стоял, пока хозяин к нему выйдет. Почтение сильное выражал, убогий.
И Агафья с размаху смачно шлепнула тестом об стол, отчего мука взлетела белым облачком вверх. Была пятница, и кухня во всю готовилась к Пасхе. Мы с Агафьей занимались куличами. Она — тестом, а я перебирала изюм.
От стоявших в печи куличей шел сладкий дух ванили, шафрана и топленого масла.
Степан Александрович, раскрасневшись от жара, руководил этой предпасхальной суетой. Он то проверял, как поднимается тесто в больших глиняных мисках, то заглядывал в чугунок, где в меду и пряностях томилась творожная пасха.
В большой кастрюле, в луковой шелухе, варились яйца, и их поверхность уже начала приобретать благородный, янтарно-коричневый, праздничный оттенок. Рядом, на деревянной доске, сушились свежие веточки вербы, принесенные с утра, — их вплетут в праздничные букеты.
— Так-то человек он простой, военный. И к людям уважителен. И за что ему страдания такие?!
Агафья оттерла пот со лба, оставив на коже белую полосу.
— Еще и эта со свадьбой… Прости Господи. А таким ангелочком к нам на елку приходила!