– Ты не могла бы сидеть немного в стороне? Чтобы на тебя никто не наступил?
Я попытался продемонстрировать некое подобие авторитета как хозяин помещения, каким я в некоторой степени и являлся.
– Но здесь больше места, чтобы складывать книги в стопки…
Что ж, я хотя бы попытался.
Алиса заходила обычно по средам после обеда, когда у нее не было занятий, и еще по субботам. А также появлялась в понедельник, во вторник, в четверг и в пятницу после занятий. Вначале она делала это под предлогом того, что магазин ей по дороге между автобусной остановкой и домом, пока я не выяснил, что она намеренно делает крюк в полкилометра.
Мне нравится мое одиночество, но я с удивлением обнаружил, что ее присутствие мне приятно. Надо заметить, что Алиса – сама скромность. Когда она говорила, то стены дрожали, но в основном она молчала. И я тоже. Это совместное молчание успокаивало нас обоих, было естественным. Ну и потом у меня было много работы. Поэтому я оставил Алису в покое. Она могла читать, если ей это нравилось, не мне ей мешать. Время от времени она покупала роман на карманные деньги.
– Родители не понимают, что мне нужна прибавка, чтобы покупать книги.
– И какие у тебя аргументы? Ты будешь больше помогать по дому?
– Мой аргумент – это то, что я хотела бы иметь больше книг.
Весомо. Она была готова к взрослой жизни. И у меня появилась идея.
– Самый лучший способ иметь все возможные книги – это стать продавцом книг.
– Так и есть.
– Если хочешь потренироваться, можешь попробовать. Будешь консультировать покупателей?
Она даже раздумывать не стала, сразу вскочила. В этот момент в магазин зашли два покупателя, мужчина и женщина.
Ее я не знал, а он появился в моем магазине через несколько дней после открытия. Его сложно было не заметить: рост под два метра, сандалии без носков (какая бы ни была температура на улице), кепка и плащ. Он мрачно поздоровался со мной, глядя мне прямо в глаза, словно хотел заглянуть мне в душу (удачи), а потом начал методично обходить стеллажи, двигаясь по часовой стрелке. Я тогда уже начал понимать, что в книжном магазине надо уметь читать язык тела покупателей. Некоторые всем своим видом показывают, чтобы их оставили в покое, а другим необходима помощь, чтобы что-то найти (еще раз: удачи). И есть все остальные, кого надо оставить в покое, но все же не лишать внимания, те, за которыми надо следить издалека. Это искусство. Искусство, которым я совершенно не владею, тем более что я сам предпочитаю, чтобы меня не беспокоили, и хочу оставаться за прилавком. Но время от времени мне приходится совершать над собой насилие.
Этого великана я так и не смог расшифровать. Во время нашей первой встречи (если это можно так назвать) я попытался подойти к нему и узнать, не нужна ли ему помощь. Так обычно делают в торговле – информируют. Спектр информации может быть очень широким, совершенно удивительным и не иметь никакого отношения к конкретной торговле как таковой. Я по-прежнему не знал, куда переехала оружейная мастерская, и нет, воздушных змеев я не продаю. Этот мужчина тогда просто поднял руку, как будто желая сказать: «Стоп, больше ни шагу, периметр заминирован», и покачал головой, прежде чем я успел произнести хотя бы слово. Он был достаточно убедителен, поэтому я вернулся за прилавок и ждал там, когда он выберет себе книгу.
