Петрович задумался, представляя картинку: Семён сидит в гостиной, уставившись в монитор. Рядом — Вера, Ирка. Тоже смотрят. Хорошо это или плохо, он пока не решил, но то, что Семёну не надо будет сидеть в «серой» и ловить лишнюю радиацию, — это уже безусловный плюс.
— Ну — подал голос Семён, растягивая слог. — На случай если заболею, или ещё чего, и надо будет кому другому за дверью следить
Он тоже задумался. Представил себя в гостиной, с кружкой чая, перед монитором. Тепло, сухо, безопасно. И главное — он всё ещё на посту. Всё ещё страж.
— Я не против, — вынес он вердикт.
— Молодец, Валера! — Петрович хлопнул ладонью по столу. — Ты помозгуй, схемы набросай, чего понадобится — напиши. Попробуем натаскать!
Валера кивнул, и в его глазах уже горел тот самый огонёк, с которым он брался за любую работу.
— Будет сделано!
— Ладно, — сказал Петрович, меняя тему. — А что у нас по фильтрам для вентиляции? Надолго ещё хватит?
Валера поднял голову, и голос его утратил всякий энтузиазм:
— Месяца два-три. Может, четыре, если пепла много не будет, и экономить. — Он поскрёб ложкой по тарелке. — Их тоже… кровь из носу нужны. Я даже не знаю, что сейчас важнее: диоды, фильтры, аккумуляторы или что по электрике.
Петрович тяжело вздохнул и добавил последний штрих к общей картине уныния:
— И не забывайте, что нас недавно засёк незнакомец в белом скафандре. Прямо во время смены фильтров. Так что теперь каждая вылазка — как по минному полю. А ты — «камеры менять».
Обед окончательно превратился в гнетущее молчание.
Мысли о незнакомце, об изношенных фильтрах, о синих диодах, которых нет, о гараже с аккумуляторами, до которого ещё надо дойти и вернуться, — всё это висело в воздухе гуще дыма от буржуйки. Каждый думал о своём, но думали все об одном: как жить дальше.
Петрович отодвинул пустую миску и какое-то время сидел неподвижно, уставясь в стену. Потом резко поднялся, кивнул Матвею и жестом велел следовать за собой.
— Как закончишь, дуй в «жёлтую», — сказал он Матвею. — Есть дело для нас.
Матвей тут же вскочил, обернулся к Вере Павловне:
— Спасибо! Очень вкусно было!
И выбежал за Петровичем.
Вера Павловна посмотрела им вслед, покачала головой и принялась собирать пустые миски. Семён снова закрыл глаза, привалившись к стене. Валера остался сидеть, уставившись в одну точку.
Где-то за стенами выл ветер. А здесь, внизу, было тихо. Слишком тихо для того, чтобы это было просто спокойствие.
В «жёлтой» Петрович сказал надевать защитные костюмы. И после повёл Матвея не в «серую».
Они прошли мимо гудящих фильтров вентиляции — те тяжело вздыхали, как астматики, прогоняя сквозь себя отравленный воздух. Мимо бочек с конденсатом, собранным за долгие месяцы, — Валера называл эту воду «технической» и берёг пуще глаза. Чем дальше они уходили от жилого сектора, тем сырее становился воздух, тем гуще оседала на стенах плесень.
Петрович остановился у глухой бетонной стены. Матвей уже хотел спросить, зачем они сюда пришли, но тут старик нагнулся и, подсвечивая фонарём, указал на едва заметный проём в самом низу. Щель, не щель — скорее тёмный провал, скрытый в складках бетона.