Глава 1. Под знаком лягушки
В чрезвычайно престижной седьмой школе наступил день экзамена на умение заваривать чай, и все глаза были прикованы к учительскому столу, где над чашкой вился парок самого мощного волшебства в мире, заключённого в чае.
Профессор Хомяк (да, именно так его и зовут) не спеша поднёс чашку к губам и шумно прихлебнул сквозь дырку от недостающих передних зубов. Нур, ученица, приготовившая напиток, с трепетом ожидала приговора.
– Хм. Как много сахара, – бурчал профессор, пока коричный пар оседал на его очках.
Он сделал ещё один глоток, и с лица его моментально сбежали все краски: он стал смертельно бледным, какбхута[1] – тот самый бхута, которого насылают на нерадивых учеников, не сдавших чайный экзамен. На мгновение даже свет в классе потускнел. Тени, которым не полагается так себя вести, потянулись по стенам, словно уродливые загребущие пальцы. И тут профессор испустил пронзительный визг.
– Ай-яй-яй!
Класс так и подскочил с места: островерхие шляпы волшебников взмыли в воздух, словно стая танцоров боллихопа[2] . Но тени пропали со стен так же быстро, как и появились, а люминесцентные лампы на потолке перестали мигать.
Профессор Хомяк опустил чашку и обратился к Нур: ничего нельзя было прочесть по его физиономии, и правда напоминавшей грызуна. Он сделал глубокий вдох.
– Безупречное исполнение! – с широкой улыбкой воскликнул он. – Наверняка несравненный фамильный рецепт – ваш чай содержит в себе саму суть страха, мисс Нур! И с нотками масалы в послевкусии, если я не ошибся?
– Да, сэр, – Нур просияла. – Моя семья давно совершенствовалась в управлении чувствами. И когда-нибудь я открою семейный чайный магазин!
– Ах, это замечательно. Родители должны гордиться тобой – нет выше чести, чем достойно нести семейное наследие. Что напомнило мне… Класс! – профессор Хомяк воздел указующий перст, и в комнате снова повисла мёртвая тишина. – Никогда нельзя опускать руки, если ваш семейный рецепт кажется устаревшим или недостаточно модным. Погоня за популярностью заведёт вас во тьму. Ужасную тьму, – и он обвёл глазами класс, заставив всех до одного учеников невольно поёжиться под его пронизывающим взором. Только убедившись, что смысл слов дошёл до каждого, профессор громко хлопнул в ладоши. – Что же до вас, мисс Нур, экзамен сдан! Молодец!
Пока Нур возвращалась на место, в классе звучали сдержанные возгласы одобрения.
– Тихо, тихо, – сказал профессор Хомяк. – Раз с семейными рецептами покончено, самое время перейти к волшебным зельям…
– А как же Мика? – воскликнул один из учеников. – Вы ещё не спросили Чайного принца!
В открытое окно за спинами учеников ворвался порыв сырого ветра: он подхватил островерхую шляпу волшебника и заставил её плясать в воздухе под сдавленные смешки – от такого смеха прохватит мороз по коже даже самую отважную ведьму. Покружившись над партами, шляпа опустилась к ногам профессора кучкой мятой ткани.
– Нет-нет, в моём классе будьте любезны обойтись без кличек, – возмутился профессор Хомяк, посмотрев на юную чайную ведьму без шляпы, которая ине подумала обратить на это должного внимания. – Даже таких метких, – добавил он себе под нос, прокашлялся и объявил: – Мика!