У Мики горели уши, щипало в носу, а глаза превратились в щёлки. Она медленно отвернулась от своих друзей – ведь все они теперь стояли на поле – и посмотрела на своего идола, на ведьму, по которой она равняла свою жизнь, величайшую мастерицу заварки в мире. Чайную Ведьму.
– Так это вы подглядывали за мной сквозь зеркало на чайной церемонии, – прошептала она.
Она тяжело, прерывисто дышала, складывая вместе все кусочки головоломки, как составные части рецепта, который она знала, но ни разу не использовала. Будда заправлял на экзамене лишь для виду – все решения принимала она, Чайная Ведьма, нашёптывая ему в ухо и вызнавая все фамильные рецепты.
У Мики перехватило горло, когда она вспомнила, что сказал Андре перед первым уроком.«Прямо чудеса. Как будто те, кто в самодельных передниках – невидимки» . Могла ли Чайная Ведьма нарочно присуждать серые передники самым сильным ученикам с большим потенциалом? Рассчитывала ли она на то, что если они пропадут, никому не будет до них дела? Как далеко может зайти та, кто хочет стать – и оставаться – величайшей чайной ведьмой в мире? В глазах вскипели слёзы. Она не хотела в это верить. Просто не могла.
– У меня не было выбора, – напомнила Чайная Ведьма.
У Мики всё застыло внутри: она уже знала ответ. Но ей не хватало решимости.
– В последнее время появилось слишком много талантливых детей, – голос Чайной Ведьмы оставался ровным, но стоило ей угрожающе прищуриться, и пол словно поплыл под ногами. – Единственный способ остаться наверху – не дать им никакого шанса стать великими. В конце концов, всем наплевать, даже если куда-то пропадёт парочка серых передников.
– Но вы не дали серые передники ни Персивалю, ни Эмери, – возразила Мика. – Хотя у них сильные семейные рецепты.
От улыбки Чайной Ведьмы по спине у Мики снова поползли мурашки.
– Ах, Мика, но ведь тебе постоянно нужен новый толчок. Соперничество, чтобы ты не забывала, как сильно этого хочешь. Как тебе необходимо… моё руководство.
Мика стиснула зубы.
– Мика, подумай о вашей лавке. «Чайная Санни» не даст вам житья. Подумай о своей бедной тётушке и кузине Аахори, – Ведьма наклонилась вплотную, не сводя с Мики жадных карих глаз. – Без моей поддержки ты останешься совсем одна.
Мика с трудом сглотнула. Ведьма знала, о чём говорит. Её же выгнали из Академии Маргариты. Эмери с Персивалем превратились в пугала. Звёзды на мантии Ведьмы стали тускнеть, оставляя после себя куски вращающейся тьмы. И Джун так и не появилась – судя по всему, она тоже стоит на поле – прямо сейчас! Мика зябко обхватила плечи руками. Одна, совсем одна. Стены почему-то растянулись, и с них стала отслаиваться сухая краска, падая на пол тонкими лепестками.
А может, она всё-таки не одна?
Мика выхватила из кармана свой хрустальный шар. Это верно, одной ей всё не исправить. Но почему обязательно одной? Мика осторожно оглянулась, но Ведьма на миг отвлеклась, поправляя свою брошь в виде бабочки. Мика сглотнула, быстро проведя пальцем по гладкому шару. В стекле появился мотылёк, взмахнул крылышками и пропал. Сообщение отправлено. Помощь на подходе. Миг – и сюда явится профессор Марипоза со своей молью. Она придёт, и всё встанет на свои места.