Очень жаль, только слёзы у Мики не желали ждать. Они уже струились, как чай из треснувшей чашки, заливая щёки и капая с подбородка. Мика Дайаан привыкла к тому, что её исключают. Но горю этим не поможешь.
Она опустила глаза туда, где когда-то сиял золотой передник – пока директриса не потребовала его вернуть и не спрятала у себя в столе. И тяжело вздохнула. Директриса не виновата. В конце концов, это Мика завалила чайную церемонию.
– Всё будет хорошо, – прошептала она, минуя глиняную хижину с соломенной крышей. Где-то неподалёку каркнул ворон.
–Кри-кри! – подтвердил Глеб, сидевший на её чемодане.
Мика смахнула слёзы рукавом и перевела дыхание, надеясь, что глоток свежего воздуха улучшит настроение.
– Я просто попрошу Аахори меня учить и буду стараться изо всех сил, чтобы помогать в лавке, – она поджала губы и щёлкнула языком. – Даже с новой «Чайной Санни» напротив.
В конце концов, не так уж и плохо оказаться второй чайной ведьмой в округе. Может, всё не так уж безнадёжно. Вот только…
Мика села на скамейку. Вот только одна особа в шестиугольных очках с большим добрым сердцем и страстью к забавным выходкам так и не объявилась.
За чайным домиком промелькнула чья-то тень, привлекая внимание Мики. Она нахмурилась. Это ещё что? Прошелестели чёрные крылья, заставив её подскочить от неожиданности. И тут она увидела, как ворон опускается на соломенную крышу. Как раз над знакомой фигурой: судя по всему, человек пытался взломать дверь чайного домика садовой лопатой.Персиваль . Что он тут делает? Полная подозрений, Мика вскочила на ноги.
– Глеб, оставайся здесь, – строго велела она, а сама отправилась на разведку. Под немигающим взглядом ворона.
Стоило ей приблизиться, как Персиваль отбросил подальше лопату и прислонился к глиняной стене, с независимым видом сунув руки в карманы. Мику осенила догадка:
– Ты что, пытаешься вломиться в чайный домик? – спросила она.
– Пфе, – фыркнул Персиваль. – С какой стати? – и он подался вбок, чтобы прикрыть покорёженный косяк. – А ты что здесь делаешь?
Мика скрестила руки на груди. Прежде она бы постаралась что-то выдумать, вроде того, что профессор Марипоза отправила её искать новые грибы для своей классной комнаты. Но ей надоело врать. Она уже наврала тётушке Хелен, пообещав, что её больше не исключат из школы, и наврала всем и каждому о своём золотом переднике. И вот к чему это привело.
Мика глубоко вздохнула, зажмурилась и выдавила из себя горькие слова:
– Меня выгнали.
Она затаила дыхание, ожидая от Персиваля поток издёвок и злорадства. Однако этого не случилось.
– Мне жаль, – сказал он. – А что случилось?
Мика посмотрела на него. Это было неожиданно.
– Долгая история, но, вообще-то, я это заслужила.
Персиваль поднял брови и убрал за ухо прядь волос.
– Ага. Ну, строго говоря, ты выиграла в поединке.
Мика кивнула.
– Спасибо, – вздохнула она. – Я не в обиде. В смысле, я бы хотела остаться. Но главное – я бы хотела как-то помочь Джун и остальным серым.
– У Джун неприятности? – Персиваль резко обернулся, и его щёки покраснели. – То есть… с серыми что-то случилось?