– Всё в порядке, всеё хорошо, – забормотала она. – Я просто вернусь по своим следам. Без проблем. Здесь нет ничего страшного, сверхъестественного и угрожающего…
Она замолкла, когда рядом раздались странные звуки – словно приглушённое позвякивание кастрюль. Или это бхута ворочается в засаде, поджидая новую жертву. Или что-то похуже… По затылку прошлось что-то сухое, и Мика подскочила на месте и обернулась, высматривая ужасные треугольные глазища.
– Это ты, проклятье? – пискнула Мика.
– Пс-с-с-ст! – зашипело что-то из ближайшего фургона.
«Пссст» ? Мика растерялась. Как-то не очень похоже на проклятье. Да и вообще звучало это очень знакомо.
– Пс-ст! Тебя не должно здесь быть! – снова зазвучало из тени, и на этот раз Мика точно узнала голос. Она стала красться вперёд, всё ближе и ближе, пока старый прилавок не оказался прямо у неё под носом, и краска, за долгие годы превратившаяся в пыль, не осыпалась ей под ноги. С бьющимся сердцем она всмотрелась в щели между рассохшимися досками.
И наткнулась на взгляд пары огромных глаз.
– Ай-яй-яй! – заверещала Мика. – Ты меня до смерти напугала! Что ты здесь делаешь?
– Ха, да ничего, – Джун с безмятежной улыбкой откинула волосы со лба. – Здесь и смотреть-то не на что, одна скука…
Мика приблизилась, недоверчиво подняв бровь. Уж очень странно вела себя Джун.
– И как долго ты тут скучаешь?
– Чего? – плечи Джун возмущённо поднялись, а голос превратился в визг. – Это кто тут скучает? Отчего скучает? – она выставила руку, не позволяя Мике войти в фургон. – Стой! Тебе нельзя!
Мика сердито фыркнула. Все подозрительнее и подозрительнее.
– А что тут такого?
– Погоди, мне надо прибраться! – выпалила Джун и скрылась внутри.
Но Мика не собиралась ждать, потому что успела кое-что заметить. Постер с портретом Чайной Ведьмы с серьгами-полумесяцами и брошью в виде бабочки. Мика решительно шагнула внутрь.
– Эй, да у тебя такой же…
Мика застыла. Это оказалась миниатюрная чайная лавка. Пол застлан толстыми коврами (такие бы с удовольствием постелила бы у себя тётушка Хелен), а по стенам на крючках висели ряды чайников, ложек и коробок со специями. И ещё повсюду, сложенные аккуратными стопками, были разложены вещи Мики – всё, что она упаковала в свой багаж. Как будто кого-то здесь стошнило тканями в горошек.
Ошарашенная, Мика обернулась к Джун.
– Я всё объясню, – затараторила Джун, красная как рак. – Я просто не успела обратно запаковать твои шмотки, – она нервно поправила на носу очки. – Теперь, когда тебе помогают твои друзья из золотых, это место тебе уже не понадобится.
– Постой, – Мика, качая головой, разглядывала постер, – ты перенесла сюда мои вещи и распаковала чемодан, чтобы помочь?
– Это из-за меня ты украла передник, – пожала плечами Джун. – И из-за меня у тебя нет места в спальне в школе.
Мика кинулась вперёд и обняла Джун что было сил. Сердце ныло сильнее, чем когда её выгоняли из школы. Было совершенно ясно, что у неё в жизни не было подруги лучше, чем Джун.
Ей в нос ударил неприятный запах. Вонючка выглядывала из-за плеча Джун, болтая лапками. Ну и наглая тварь!