Семён махнул рукой, но спорить не стал. Видно было, что идея ему не по душе, но он понимал: лишняя предосторожность не помешает.
Когда Валера закончил и проверил контакты, Семён подошёл к другому углу «жёлтой», где в стене темнел замаскированный лаз в вентиляционный коллектор.
— Раз уж пошла такая пьянка, — сказал он хрипло, — предлагаю ещё вот что. Этот лаз мы и так перед дождями закрываем наглухо. Но сейчас можно закрыть его раньше. Замуровать по-настоящему. Чтобы никто не пролез.
Петрович кивнул:
— Дело. А что ещё?
Глаза у Валеры загорелись.
— В химической комнате осталось полбочки раствора. Если в него залить химии всякой, то можно собрать такую штуку, которая костюмы защитные плавить будет моментально. Я уже про кожу человека молчу. Можно ловушек поставить тут, в «серой».
Он посмотрел на Семёна с Петровичем, затем перевёл взгляд на потолок.
— А протекать не будет? — поинтересовался Семён, который находился в «серой» дольше всех.
— Ну Если с умом сделать, то и не будет, — ответил Валера. Голос звучал неуверенно.
Петрович нахмурил лицо.
— Валера. Ты сделай этого раствора. Разлей по таре, и мы её вот здесь, в «жёлтой» хранить будем. Под рукой, так сказать. Чуть что, зальём «серую».
Валера кивнул.
— Ещё предложения будут?
Семён почесал затылок.
— Патроны для обрезов. Надо все перебрать, зарядить, разложить по карманам, чтоб под рукой были. И ещё — Он покосился на дверь в «серую». — Можно в «серой» растяжки сделать. Из лески, с консервными банками. Примитивно, но работает. Если кто войдёт — грохоту будет на весь подвал. Услышим даже сквозь сон.
Петрович слушал, кивал, прикидывал.
— Растяжки — хорошо. Лески у нас много. Банки Валера найдёт. Завтра с утра и займёмся.
— А ещё, — добавил Семён, глядя Петровичу прямо в глаза, — надо думать о новом входе. О запасном, о котором никто не знает. И когда построим новый — старый замуровать наглухо. Чтобы даже если найдут — упёрлись в стену.
Петрович вздохнул. Это было логично, но требовало времени, сил и ресурсов. И главное — людей. А людей у них было в обрез.
— Не сейчас, — сказал он. — Сейчас будем держать оборону здесь. Усилим дежурства. Ты сам-то как? Вытянешь?
Семён усмехнулся, показав жёлтые зубы:
— А куда я денусь? Вытяну.
— Тогда так, — подвёл итог Петрович. — С этой минуты — режим тишины. Ни звука снаружи. Валера, подготовь всё для растяжек. Семён — пока мы не ходим наружу — будем тебя менять на дежурстве.
— Матвей, ты завтра подменяешь, — кивнул Петрович.
Матвей слушал и чувствовал, как внутри нарастает странное, почти забытое чувство. Он не был новичком, он знал, что такое опасность. Но сейчас, когда они сидели в тесной «жёлтой» и планировали оборону, он вдруг понял: они не просто выживают. Они — армия. Маленькая, плохо вооружённая, но армия. И у них есть цель — защитить свой дом.
— Я готов, — сказал он, и голос прозвучал твёрже, чем он ожидал.
Петрович посмотрел на него, кивнул. Он обвёл взглядом всех: Семёна с его вечным обрезом, Валеру, уже прикидывающего, где лучше протягивать провода, по какой таре разливать его химию.