Он притянул меня к себе ближе. Не угрожающе — просто так, чтобы наклониться к самому уху.
— Ты уверена, что хочешь узнать, девочка?
От этих слов по позвоночнику пробежала дрожь, но я только хмыкнула и отстранилась чуть вбок.
— Сначала одежду принеси, — сказала я, и, только теперь поняв, что всё это время он гладил мою попу, аккуратно убрала его руку.
Его ухмылка стала только шире. Я вышла из подсобки, ощущая на себе его взгляд.
Интересненько. Вот только снова захотелось есть. Ох уж эти гормональные всплески.
Глава 17
Я дошла до комнаты Оливера и постучала.Дверь отворилась почти сразу — он, видно, не ожидал меня увидеть, потому что его тёмные глаза удивлённо расширились.— Госпожа?— Я не хотела тебя отвлекать, — поспешно сказала я. — Просто… у меня много вопросов. А ты, кажется, единственный, кто на них отвечает.
Он чуть улыбнулся и открыл дверь шире.— Зайдёте?
Я вошла. Комната с вечера почти не изменилась — по-прежнему светлая, чистая, почти слишком идеальная. Но появились мелочи. Складка на покрывале, книга на столе, мягкое кресло у окна, которое точно не стояло здесь раньше. Вид на внутренний сад, в который стекало утреннее солнце, делал её, пожалуй, самым уютным местом из всех, что я видела здесь. Очередной раз убедилась, что мне нравится его выбор.
— Что бы вы хотели знать?
Я прошлась взглядом по комнате, потом повернулась к нему.
— На самом деле — всё. Информации у меня критично мало. Я ничего не знаю о правилах, обычаях, культуре, обо всём этом… Я даже не знаю, чего от меня ждут. Может, стоит узнать что-то у этих… ваших женщин? Или потребовать?
Я сделала паузу и, впервые за долгое время, честно добавила:
— Я буду рада любому совету.
— Обычно женщины… не спрашивают советов у мужчин, — спокойно сказал он, не с упрёком, просто как факт.
— А опыт предыдущих избранных, как я поняла, показал, что стоило бы, — я скрестила руки на груди и приподняла бровь. — Или я ошибаюсь?
Уголок его губ дрогнул.— Не ошибаетесь.
Он подошёл к креслу у окна, посмотрел в сад, потом снова на меня. Пожал плечами.— Я не знаю, что именно вам говорят, рассказывая о вашей… миссии. Нам никогда не рассказывали, что слышат избранные.— Но ты можешь догадаться?
Он кивнул и на секунду задумался. А затем, всё так же спокойно, выдал:
— Я могу сказать, чтоне помогло предыдущим. Но я не уверен, что задание у всех одинаковое.
— Расскажи.
Он медленно опустился в кресло, сложив пальцы перед собой.
— Первая… она просто решила, что попала в рай. Выпивка, шелка, новые мужчины — ей всё это казалось подарком. Прожгла всё, что можно, и исчезла.— Исчезла?— Мир забрал её обратно. Как и всех остальных.— А остальные?
— Две были такими же. Жили в своё удовольствие, пользовались тем, что им позволено.— И тоже исчезли?
Он кивнул.— Одна пыталась стать популярной. Ходила, раздавала советы, устраивала званые вечера. Хотела, чтобы её запомнили. Думаю, запомнили. Но это не спасло.— И что дальше?
— Двое вели себя… иначе. Умный вид. Много молчали. Что-то писали, рисовали схемы. Но нам, мужчинам, ничего не рассказывали. Считали, что мы не имеем права знать.