– Конфетку? – голос Эмери прорвался сквозь шорох вороньих крыльев, когда она отлепилась от стены чайного домика. Девочка медленно вынула из кармана пригоршню коричных сердечек и высыпала в ладонь Мике. – Ты отлично справишься – ничего сложного. Открою тебе тайну: тебе просто предложат заварить ваш семейный чай.
Мика стиснула зубы, глядя, как Эмери кинула конфетку себе в рот. Ей было и так нелегко не обращать внимания на стаю воронов. Труднее была лишь одна вещь: не обращать внимания на чайную пиратку с роскошными волосами. Особенно после того, как Эмери только что с блеском сдала экзамен и думала, что единственный способ помочь Мике – это рассказать ей, о чем будут спрашивать – то есть обмануть экзаменаторов! Мика перевернула ладонь и высыпала конфеты на землю.
Но даже если Эмери это заметила, она не подала виду. Вместо этого она аккуратно поправила пояс своего золотого передника. Очевидно, это был высший знак отличия для ученицы Академии. Мика сердито надула губы. Конечно, Эмери это ничего не стоило, с её фу-ты-ну-ты каким выпендрежным фамильным рецептом!
– Любой передник заслуживает уважения, – заявила Эмери. – Ну, то есть я бы, конечно, желала тебе получить такой же золотой, как у меня, хотя на самом деле… Зелёный передник почти такой же… – она умолкла.
– Ага, конечно, – ответила Мика.
Потому что она не могла отделаться от тошнотворного предчувствия, что золотой передник ей не светит.
Повисшее неловкое молчание мигом заполнил шорох крыльев. В ту же секунду дверь чайного домика распахнулась, и из неё выскочил Персиваль: зубы сверкают в лунном свете, а на поясе туго повязан ослепительно золотой передник.
– Святые специи! – воскликнул он, и один из воронов сел к нему на плечо. – Прямо не знаю, что бы я сделал, если бы не получил золотой передник. Даже подумать страшно! – он прищёлкнул языком. – Зелёный – это такой отстой! Или ещё хуже… – его аж передёрнуло, – серый… Короче, желаю удачи, ты следующая!
Персиваль махнул Мике рукой, а Эмери ободряюще кивнула. Ветерок приподнял пряди волос у Мики на висках, а горькую гримасу скрыло облако, заслонившее луну.
– Знаете что, вы лучше меня не ждите, – сказала Мика. – Вдруг я задержусь.
Эмери нахмурилась, так что даже потускнели золотистые искры у неё в глазах. И Мике всё стало ясно. Она закусила губу, чтобы не дрожала. Эмери не верит, что ей это удастся. Эмери не верит, что Мика получит такой же, как у неё, золотой передник.
Персиваль пожал плечами и поднял с земли свои вещи.
– Ладно, значит, увидимся завтра в классе, – он толкнул локтем Эмери и кивнул в сторону Академии. – Идём. Нам, золотым, лучше держаться вместе.
Эмери ещё раз оглянулась на Мику, прежде чем пошла за ним по гравиевой дорожке. Секунда – и воронья стая снялась с места, словно их тут и не было. Поднятая ими пыль попала Мике в глаза, и она невольно прищурилась, повернувшись в сторону чайного домика.
Пора доказать Эмери, что она не права.
Мика не имела представления о том, что её ждёт – до сих пор ни в одной школе учеников не отличали по передникам, – но в любом случае её ожидания не оправдались. Пол не застилали мягкие ковры, стены не украшали ни гобелены, ни мандалы.