– Понятия не имею, – напряжённо отвечала Мика. – Мне вообще пока не разрешали обслуживать клиентов.
– Ой, – Эмери прижала ко рту ладонь. – Прости, это было грубо.
Мика почувствовала, как её насторожённость тает. Эмери сумела посмотреть на неё с таким сочувствием, что у Мики защипало уши. Это выглядело так, словно… Эмери пыталась прикинуться хорошей, чтобы снова ей навредить! Мика недоверчиво прищурилась. Так-так. Ну что ж, Мика не хуже прочих умеетприкидываться хорошей.
– Ничего страшного. Я просто отвлеклась, – и она небрежно отмахнулась, как будто вовсе не обиделась. Ничего в мире она не хотела больше, чем помочь тётушке сохранить семейную лавку. – Ты не хочешь просто попробовать сахар? Для чая.
Эмери кивнула и снова повернулась к кипевшему на парте чайнику.
– Но сахар такой разный! Бурый, тростниковый, свекольный… Мы даже можем использовать конфеты! – пошутила она, высунув кончик языка. Она достала из кармана коричных сердечек и задумалась. – Постой, а ведь это на самом деле хорошая идея!
– Что за идея?
Мика так и подскочила на месте. Из-за висевшего в классе тумана она не замечала, что профессор Аклхак фланирует между партами, пока он не навис прямо над ними. Его пальцы стукнули по парте, и Мика резко выпрямилась.
– Вы уже выбрали подсластитель? – осведомился он. – Помните: неправильных ингредиентов не бывает, есть только возможность узнать больше о новых ингредиентах.
Неправильных не бывает? Мику слегка отпустило. Пожалуй, профессор Аклхак не такой уж плохой.
А он поднял острый подбородок и обратился ко всему классу.
– Для команды, выбравшей правильное решение, предусмотрена награда – значок великого знатока чайного дела, – тут он понизил голос, и Мика готова была поклясться, что он особенно сверкнул глазами, глядя на неё. – Но я сильно сомневаюсь, что хотя бы в ком-то из вас есть хотя бы капля величия.
Мика стиснула свой передник. Напрасные надежды – профессор Аклхак ещё хуже, чем о нём говорят.
Зато и она не собиралась сдаваться. Сперва её вынудили сотрудничать со злейшей соперницей и заклятым врагом, потом – почувствовать себя ни на что не годной и даже получить выговор от профессора. С неё довольно! Не обращая внимания на то, как ужасно трясутся косички и щиплет в носу, и не совсем соображая, что делает, она встала.
– Вообще-то я точно знаю, какой подсластитель тут нужен, – объявила она и схватила с парты конфетку-сердечко.
Все студенты повернулись в её сторону. Профессор Аклхак задрал бровь. Мика подняла сердечко над головой.
Конечно, от него не было особой пользы после чайной церемонии, когда она пыталась заварить чай ради своего второго шанса, но это был иной рецепт, и идея принадлежала Эмери. Что означало – возможно, она действительно хорошая.
– Приготовьтесь увидеть величие! – выкрикнула Мика во всё горло. И широким жестом опустила сердечко в чай.
Чай зашипел, и конфета растворилась. Все ждали затаив дыхание. С листьев вокруг Мики капала влага, растекаясь по полу.
– Что ж, – заметил профессор Аклхак, – хороший спектакль.
– Спасибо, – пискнула Мика и плюхнулась на место, уже жалея о некстати вскипевшей уверенности.