Мика почувствовала, как в воздухе запахло тыквой. Пугало уже подобралось совсем близко. Времени больше не оставалось. Мика что было сил налегла на ручку. От натуги она покраснела, ожерелье из специй раскачивалось на шее.
– Ничего не понимаю. Зачем тебе чайная церемония? – пропыхтела она. Судя по всему, ворон Персиваля выбивался из сил, отвлекая пугало. – У тебя уже есть золотой передник! Если кому и надо пройти церемонию снова, так это мне!
Персиваль дёрнул себя за волосы, оглянулся и окончательно потерял выдержку. Но Мика не могла позволить себе оглянуться. Им надо во что бы то ни стало открыть эту дверь!
Персиваль встал рядом и тоже схватился за ручку.
– Я кое о чём тебе не говорил, – выкрикнул он. Прокашлялся и продолжил: – У меня не золотой – у меня серый передник!
Глава 24. Золотые поля
У Мики отвисла челюсть:
– Чего?
Она не ослышалась? Он сказал именно то, что сказал?
Персиваль глубоко вдохнул:
– На счёт три? Раз, два, три!
Они вместе что было сил тянули и тащили дверную ручку. Она скрипела, но не поддавалась. А шелестящие шаги – то вышагивала по мягкой земле ручка от метлы – слышались очень близко. Слишком близко.
За спиной ворон каркнул последний раз и сел на соломенную крышу. Это означало, что между ними и пугалом больше ничего не осталось. Персиваль стиснул зубы.
– Я провёл церемонию и здорово облажался, – пропыхтел он. – И тут будда протягивает мне через зеркало передник, смотрит в глаза и желает удачи среди серых. Вот только он дал мне не серый, а золотой передник!
–Как это ? – поразилась Мика.
Пугало ускорилось. Солома так и полетела во все стороны. Ручка повернулась ещё немного. Но дверь не открывалась. Мика громко сглотнула.
– У нас в семье принято, чтобы каждыйзаслужил фамильный рецепт – разгадал его своим умом. У меня пять братьев и три сестры – и все с этим справились! Кроме меня, – Персиваль покачал головой. – Даже соплячка Пенни, а ей всего-то четыре года!
– Но как же тогда твои вороны? Ты же понимаешь птичий язык! – недоумевала Мика. – Ты должен знать фамильный рецепт!
– Дрессированные птицы из циркового шоу моего дяди – сплошное надувательство, – выкрикнул Персиваль. – Я знаю, что должен был что-то сказать, но не смог. И будда так пялился на меня, как будто тоже это знал, но он тоже ничего не сказал! А золотой передник – вот он, передо мной, ну я и взял. А потом стало поздно!
Пугало распахнуло пасть, и наружу хлынуло содержимое тыквы. У Мики зашумело в ушах. В отчаянии она сунула руку в передник и выхватила хрустальный шар. Им самим не справиться. Им нужна помощь. Ей нужна помощь.
Мика закричала. И тут дверная ручка развалилась, обратившись прямо у неё в пальцах облачком сухих крыльев. На выручку явились моли Марипозы. Дверь чайного домика распахнулась, заставив Мику отскочить. Она споткнулась и шумно плюхнулась на землю: как раз вовремя, чтобы увидеть, как пугало скрылось внутри.
Персиваль тут же оказался рядом и захлопнул дверь.
Едва дыша и вздрагивая от страха, он сполз по стене вниз.
– Не думал, что у нас получится, – прошептал он.