Мика не удержалась от улыбки. Что может быть лучше возвращения домой, в родную чайную лавку!
– Эй, смотри, куда идёшь!
От стены отделился колдун в алой мантии, почти сливавшейся с коврами.
– Ох, простите, – смутилась Мика.
Его широкий лоб избороздили морщины, на поясе болтался пыльный передник, а из-под островерхой шляпы торчала кучерявая рыжая шевелюра. Новый покупатель? Девочка опустила взгляд на пустые руки. Покупатель, которому ещё не подали чай.
Мика откашлялась и спросила:
– Что вы хотели бы попробовать? Наш особенный чай «Незабудка»…
– Никакого чая! – рявкнул колдун. – И уж точно не из этой лавки!
Его кудри даже затряслись от негодования, и Мика совсем растерялась. Что он себе позволяет? Кто бы то ни был – он явно не страдал от плохих снов или усталости! Она уже совсем собралась уйти, когда колдун прижал ладони воронкой ко рту и зашипел:
– Это правда? – он стал оглядываться с нарочитым испугом: – Неужели слухи не врут?
– Конечно! – просияла Мика. – Вы в лучшей чайной лавке в мире!
– Да не эти! – фыркнул он. – Говорят, что здесь работает ведьма, которая портит любой чай, за который берётся, – у Мики перехватило горло, а колдун продолжал: – И это не какая-то там мелкая порча – нет-нет, – это самый настоящий сглаз! – он театрально раскинул руки. – Сглаз масштаба катастрофы, с которым однажды едва справилась даже команда биологической защиты!
Мика прикусила губу. Вообще-то ей нравилось болтать с покупателями, но сейчас, кажется, было не время уточнять догадки этого колдуна (ведь команду биологической защиты пришлось вызывать далеко неоднажды ). И вместо этого она пробормотала что-то вроде:
– Это не больше, чем слухи, – она поспешила через кухню на лестницу, откуда можно было попасть на безопасный балкон.
Но всё равно успела расслышать, как колдун кричит ей вслед:
– Уж поверьте мне, недолго чайной лавке Дайаан оставаться лучшей в мире!
Глава 3. Мудрость кузины
«Недолго чайной лавке Дайаан оставаться лучшей в мире!» – прогундосила Мика и показала язык.
Она укрылась в гнезде из подушек у себя на балконе, обхватив руками трясущиеся колени. Об этом балконе мало кто знал: он выходил в тупичок на задах магазина и был такой узкий, что тут едва помещались кресло-подушка с одеялами и любимый портрет Чайной Ведьмы.
– Какой нахал! Чтоб ему на гнездо кобры наступить! Чтоб егоракшас сожрал! – Мика перевела дух перед самым ужасным проклятием: – Чтоб у него чай в чашке остыл!
Она охнула, чувствуя, как краснеют щёки и горят уши. Не хватила ли она лишку? Холодного чая и врагу не пожелаешь!
– Ну и что? – Мика вздохнула, вопросительно глядя на портрет. Чайная Ведьма смотрела в ответ: блестящие серьги-полумесяцы, брошка-бабочка на лацкане, тонкие губы в неподвижной улыбке. – Пусть болтает сколько угодно. Это всего лишь слухи.
Но не успели слова сорваться с её губ, а она уже знала, что это ложь. Потому что на самом деле у неё ныло в груди, а глаза были на мокром месте после всего услышанного в лавке.
Что, если покупатель прав? Насколько широко могли расползтись слухи про ведьму, портившую любой чай? Что, если другие покупатели считают так же? Мика никак не могла избавиться от комка в горле. Что может быть хуже, если её глупые ошибки доведут до краха семейный магазин чая?