– Мадам, – крайне серьёзно заговорил он, – вам следует благодарить бога за то, что смерть князя была в тот день единственной, случившейся в этих стенах.
Анна Романовна театрально ахнула и приложила унизанную перстнями руку к груди.
– Что вы такое говорите, Дмитрий Николаевич?!
Руднев отдал графине сборник рецептов бытового колдовства, раскрытый на описании приворота.
– Как я понял, Татьяну Федоровну очень занимает этот предмет, – сказал он.
Анна Романовна натужно засмеялась.
– Но, дорогой мой друг, все девушки интересуются такими нелепицами! В этом нет ничего дурного! Разве может такое баловство кому-то навредить?
– Ещё как может! Особенно если в качестве приворотного зелья барышня станет использовать кокаин.
Лицо графини вытянулось и сделалось белее кружева на её пеньюаре.
– Я не понимаю… – пролепетала она.
– Мадам, вы отдали камердинеру вашего супруга флакон с кокаином. Откуда вы его взяли?
Сковавший графиню ужас разом сменился яростью.
– Что у вас на уме, господин ищейка! – выкрикнула она.
– У меня на уме защитить репутацию вашей дочери и вашу заодно, – отчеканил Руднев. – Так что в ваших интересах, мадам, быть со мной предельно откровенным. Признайтесь, Анна Романовна, вы отобрали флакон с наркотиком у дочери, а потом приказали скрыть осколки бокала, из которого пил Павел Сергеевич?
– Даже если и так? – прошипела графиня. – Какое это имеет значение, если князь умер не от кокаина?!
– Но, когда вы обнаружили флакон у Татьяны Федоровны сразу после гибели Вяземского, вы ещё этого не знали и испугались, что она могла совершить то же невольное преступление, что совершили вы несколько месяцев назад, нечаянно отравив горничную. Так?
Злость Анны Романовны снова превратилась в испуг.
– Откуда вы узнали…?
– Фёдор Андреевич рассказал мне о вашем пристрастии и трагедии, произошедшей с вашей служанкой. Он тоже сперва испугался, что князя мог убить ваш наркотик, и пытался выгораживать вас, но после счёл за лучше рассказать мне правду.
Графиня обессиленно откинулась в кресле и прикрыла лицо рукой.
– Если вам всё известно, Дмитрий Николаевич, вы должны понимать, насколько мне тяжело говорить на эту тему. Да, я действительно испугалась, что моя девочка могла подсыпать князю кокаин, считая, что это приворотное зелье.
– Почему же она так считала, Анна Романовна?
– Это я ей сказала. Она увидела у меня флакон, и мне пришлось соврать. Вы же понимаете, что я не могла сказать ей правду!
– Но вы могли бы сказать, что это лекарство!
– Тогда моя крошка стала бы переживать, думая, что я больна!
Дмитрий Николаевич не нашёлся что ответить.
– Храните своё зелье под семью замками, – сказал он наконец. – Ваша дочь не убивала князя, но едва не убила меня. Во время спиритического сеанса, когда выключили свет, она насыпала яд мне в бокал. Не случись беды с Вяземским, покойником бы стал я.
Глава 15
Покинув дом Каменских, Руднев решил пройтись пешком, благо дело, дождь поутих, очевидно набираясь в недрах свинцовых туч сил для новой атаки на отсырелый город.
Дмитрию Николаевичу, во-первых, хотелось проветриться после парфюмерных фимиамов, переполнявших будуар графини, а, во-вторых, – как следует обдумать полученные в ходе визита сведения.