— Вот ты где! А я уже подумал, что придётся спрашивать у каждого дерева, не видели ли они Элизу.
— И что бы они тебе ответили?
— Наверняка молчали бы. Деревья вообще ужасные собеседники.
Элиза рассмеялась.
Филипп остановился рядом.
Сегодня он казался особенно довольным.
— У меня для тебя новость.
— Хорошая?
— Очень. В конце недели будет ярмарка.
Элиза заинтересованно посмотрела на него.
— Ярмарка?
— Да. И не просто маленький рынок, где торговец яблоками спорит с мясником о цене. На этот раз рыночную площадь полностью украсят. Поставят цветные полотнища, деревянные лавки, фонари, палатки с выпечкой, музыкантов пригласят. Будут ремесленники, торговцы тканями, игрушками, украшениями. Даже приезжие мастера собираются приехать.
Элиза улыбнулась.
— Ты так рассказываешь, будто это главное событие года.
— Для меня — почти так и есть.
Он немного помолчал.
— Я хочу тебя туда пригласить.
Элиза удивлённо посмотрела на него.
Филипп, заметив её взгляд, немного смутился, но всё равно продолжил:
— Мы можем просто погулять. Посмотреть на ярмарку, купить что-нибудь вкусное, послушать музыку. Я знаю площадь лучше любого человека в городе и могу показать тебе места, о которых остальные даже не знают.
Глава тридцать третья . Маленькие ножки
Элиза с самого утра была занята работой. Закончив уборку в коридоре, она отправилась на кухню, где обычно всегда находилось какое-нибудь дело.
Едва она вошла, как увидела Марту и Агнес.
Марта стояла возле большого стола и перебирала овощи, а Агнес пыталась одновременно следить за кипящим молоком и раскладывать на подносе свежеиспечённые булочки.
— Я могу помочь?
Марта даже не подняла головы.
— Конечно можешь. Возьми нож и почисти морковь. Только аккуратно, а то в прошлый раз ты вместе с кожурой чуть половину овоща не сняла.
Элиза рассмеялась.
— Я учусь.
— Учишься уже достаточно долго, чтобы перестать воевать с морковью.
Агнес тихо рассмеялась.
Элиза взялась за работу.
Некоторое время на кухне царила приятная суета. Звенела посуда, потрескивали дрова в печи, Агнес время от времени открывала духовку, а Марта что-то тихо напевала себе под нос.
Но вдруг дверь распахнулась.
В кухню почти вбежала Катрин.
Она остановилась возле порога, тяжело дыша, и прижала руку к груди.
Марта сразу подняла голову.
— Катрин? Что случилось?
Катрин посмотрела на них.
Лицо её было красным, глаза блестели, а на губах застыла странная смесь улыбки и тревоги.
— Мне нужно вам кое-что сказать.
Агнес отложила полотенце.
Элиза тоже перестала работать.
Марта внимательно посмотрела на неё.
— Садись. Ты бледная.
— Я не бледная, — пробормотала Катрин. — Просто… я не знаю, как сказать.
— Тогда скажи прямо.
Катрин несколько секунд молчала.
Потом посмотрела на Элизу.
На Агнес.
На Марту.
И наконец прошептала:
— Мы с мужем ждём ребёнка.
На кухне повисла тишина.
А потом Агнес радостно вскрикнула:
— Катрин!
Элиза бросила нож на стол и подошла к ней.
— Правда?
Катрин засмеялась и одновременно вытерла выступившие слёзы.
— Правда. Я сама до конца не верю.
Марта первой крепко обняла её.