Марта сказала это, а после привычно опустила голову. Но я была очень рада, что она так открыто об этом говорила. Все же Марта оттаивала, хотя изначально казалось, что это невозможно. Но когда мы вчера поговорили, стена начала потихоньку рушиться. Хотя привидения никакого и не оказалось, но тот факт, что я выслушала ее и поблагодарила, сделал наши отношения теплее.
Надеюсь, и с Титом так тоже получится. Все же доброе отношение способно рушить любые преграды. И пусть будет непросто, но я обязательно со всем справлюсь. Обещаю тебе Асмир! Я тебя не подведу!
Глава 57.
* Ирина *
Как и говорил, Тит спустился к приходу Евы. Мне не пришлось его звать — должно быть, он увидел гувернантку из окна, и, когда я пошла открывать дверь на стук, мальчик уже спускался по лестнице.
Мы столкнулись взглядами. Я попыталась улыбнуться, но Тит быстро отвел глаза. Он выглядел хмурым и расстроенным, и я решила не дергать его сейчас.
Вместо этого я пошла к двери. Хотя правильнее сказать — мы пошли к двери, потому что я никуда не ходила одна. Мария буквально повисла у меня на руке и не отпускала ни на миг, а Вики бежала следом.
— Тит, там такой вкусный омлет приготовила Марта! — услышала я за спиной голос Вики. — Тебе тоже оставили!
— Марта… сама готовила? — в голосе Тита мелькнуло удивление.
— Сама! И очень вкусно! Обязательно попробуй!
Я открыла дверь.
— Доброе утро, — Ева вошла в холл, стряхивая капли с плаща. Сегодня она выглядела менее строгой, без привычной ледяной маски.
— Доброе утро! — тут же вторила Вики.
— Доброе утро, — сухо, но все же поприветствовал ее Тит.
Ева перевела взгляд на меня — и тут же опустила его ниже, на мою руку. Мария, в отличие от остальных детей, не спешила здороваться. Она почти полностью спряталась за мою спину, вцепившись в локоть обеими руками.
— У вас… гости? — удивленно спросила Ева.
— Это Мария, — сказала я, стараясь говорить спокойно. — Она будет жить с нами. У нее умерла сестра, и она несколько лет пряталась в этом доме. Дети ее скрывали. А теперь… мы нашли ее и лечим.
Глаза Евы округлились. Выражение ее лица было таким красноречивым, что я поняла: мои слова звучат для нее слишком шокирующе. Но я пыталась изложить правду коротко и по делу.
— Девочка пряталась несколько лет? — переспросила она.
— Да, — кивнула я.
— И вы не знали?
— Никто не знал, — ответила я. — Кроме детей.
— Мы ее кормили! — вышла вперед Вики. — А Тит прятал. Если Катрин что‑то замечала, Тит брал вину на себя. Катрин его наказывала, но Марию так и не нашла.
После слов «Катрин наказывала» лицо Евы обрело более привычное выражение. Оно стало хмурым, недовольным и грозным. Взгляд был готов прожечь во мне дыру или приколотить к полу.
— Мария… Я Ева, гувернантка, я буду рада с тобой познакомиться, — попыталась она представиться и даже присела на корточки, чтобы оказаться с девочкой на одном уровне.
Но Мария тут же спряталась полностью — завела мою руку за спину. Положение стало неудобным: девочка слегка тянула меня назад, словно призывая уйти, спрятаться вместе с ней.
— Мария боится людей и не разговаривает, — поспешила объяснить я. — У нее больное горло. Но мы его уже лечим.