— Ну, что стоишь? – спросила я, перекладывая тарелки и кружки в раковину.
— Я… кажется, у меня снова начинается приступ мигрени, – он вдруг оперся на стол и положила ладонь себе на лоб. – Тёмные пятна перед глазами. Пока я смотрел на тебя, чувства переполняли, и я этого не замечал, но боль дала о себе знать. Прости, дорогая, ты же знаешь, если я сейчас не лягу, то будет всё намного хуже, и я промучаюсь целый день.
Ясно. Я не ожидала, что смогу заставить этого мерзавца работать. Но не думала, что он опустится до столь глупых симуляций.
Ну да и ладно.
Я только рада избавиться от его общества.
— Конечно. Иди приляг.
— Любовь моя, ты у меня самая лучшая и добрая жена на свете. Спасибо.
Дарен исчез с кухни быстрее, чем брошенная им тряпка упала на стол…
Глава 11.
Я осталась одна и сполна насладилась этим моментом. Появилось время хорошенько подумать. Уборка действовала на меня медитативно. Я мыла посуду, протирала пыль, убирала паутину… а сама все пыталась копаться в себе, чтобы найти ответы на все скопившиеся вопросы.
Во-первых, я не понимала, откуда вообще в этом доме берутся деньги? Катрин и Дарен не работают. Кладовые хоть и пустые, но еда там есть. Да и вещи у здешних «господ» не из дешевых. Что-то осталось от отца ребят? Неужели он все переписал на жену и ничего не оставил детям?
Ладно, это я пойму, когда сяду за изучение счетов. Сейчас понятно одно – надо привести здесь все в порядок.
Пока я медитативно натирала грязные вилки, которые явно давно хорошо не отмывались, голова прояснилась. Я вспомнила, как вот так же пыталась активно оттереть пятнышко со стола, и в воспоминаниях всплыл голос молоденькой девушки:
— Ох, Ирина Витальевна, ну у вас в кабинете чище, чем в операционной.
Это была какая-то моя коллега. Я не смогла вспомнить имени. Зато отчетливо ухватилась за свое. Ирина Витальевна Ванина. Я осмотрелась перед собой так, словно была не на чужой кухне, а в бывшем рабочем кабинете. И перед глазами появилась картинка с множеством грамот и благодарностей с надписями «Заслуженному педиатру».
Да, эта картинка окончательно сложилась. Я вспомнила свое имя. Вспомнила профессию и возраст. Наверное, к своим годам я была уже на пенсии. Неужели умерла от старости?
В попытках вспомнить я вдруг вновь уловила в памяти свое отражение в зеркале, которое видела в последний раз. Я была в большой светлой палате. На мне был хлопковый предоперационный халат.
Я к чему-то готовилась?
В ответ на вопрос вдруг неестественно кольнуло сердце. Фантомная боль. Не настоящая. Будто из прошлого.
Точно.
Я отложила вилки в сторону и свободной ладонью невольно коснулась груди. Кажется, я готовилась тогда к операции. В воспоминаниях всплыл самый свежий и последний момент – яркий свет. Видимо, из хирургической палаты.
Раз теперь я здесь… значит ли это, что все прошло неудачно?
А ведь… я надеялась. Я чувствовала, что верила…
Осознание смерти настигло меня лишь сейчас. Я прошла к стулу и опустилась на него. Сложила ладони на коленях. Они чуть-чуть подрагивали.
Я умерла. С моей прошлой жизнью покончено. Эти мысли заполнили голову, и впервые за все пребывание здесь я осознала всю ситуацию. Я и правда «заблудшая душа». И обратно уже не вернусь.