Слезы, нервы — все это плохо сказывается на болезни… Кажется, понял это и Тит.
— Вики, пожалуйста, не плачь, — голос его дрогнул.
— Ты сломал, — всхлипнула она, прижимая бумагу. — Сломал рамку. — Теперь испортится… Испортится последнее…
— Найдем новую, Вики, я обещаю! Ничего не испортится…
— Не обижай… — Вики смотрела на брата сквозь слезы, но впервые ее голос прозвучал жестко и уверенно. — Никогда не обижай папу. Никогда не говори о нем так!
— Не буду.
— Клянись.
— Клянусь, — выдохнул Тит.
Вики прильнула к брату, обнимая его изо всех сил. Я подалась вперед, но мальчик открыл глаза, он прижал сестру и посмотрел на меня таким взглядом, словно дал понять, что я не имею права… не имею права касаться их.
От этого было больно. Но я его понимала. Мы были знакомы всего два дня, но… За эти два дня мне кажется, я полюбила их как родных.
Я правда… Я искренне им сочувствовала, со всей души хотела помочь, и их боль, она отзывалась внутри такой же ответной болью. Я чувствовала их боль не просто как свою, а в сотни раз сильнее своей.
— Тише, Вики, тише, — причитал Тит, поглаживая сестру по спине.
А мне ничего не оставалось, кроме как сидеть рядом и смотреть на них.
Поэтому я просто стала собирать стекло в ладонь, чтобы убрать следы погрома.
Когда дети успокоились, в комнате повисла тишина. Я положила все, что собрала, на стол и посмотрела на их лица, не зная, что сказать.
— Рина, — тихо позвала Вики. Она повернулась ко мне и утерла красный нос рукавом. Ее взгляд был добрым и мягким, словно ничего не случилось. — Ты можешь… найти рамку? Это единственное фото нашего папы. Нельзя, чтобы оно испортилось.
Тит нахмурился, но промолчал. Он явно не хотел снова расстраивать сестру.
— Можно? — спросила я, протягивая руку.
Девочка кивнула и доверчиво отдала мне фотографию.
От меня не укрылось, как напрягся Тит. Словно я сейчас разорву или уничтожу ее. Должно быть, злость отступила, и он теперь тоже, тоже переживал за главное сокровище в моих руках.
Конечно, я бы не стала портить, просто хотела посмотреть. И… замерла.
Сердце забилось чаще, в горле пересохло, голова пошла кругом. Быть не может…
— Правда ведь Тит очень на него похож? — спросила Вики.
Я кивнула, с трудом подбирая слова.
— Очень… очень похож, — пробормотала я, глядя на мужчину из моих видений. Того самого, от которого у Катрин замирало все внутри.
Глава 35.
* Ирина *
Душ не помог. Даже несмотря на то, что я мылась теплой, расслабляющей водой. Даже несмотря на то, что тело гудело от усталости, я вся была на нервах, как натянутая струна.
Два дня… Я всего два дня в этом доме. Это ничтожно мало, чтобы что-то изменить… А хотелось изменить все. Хотелось помочь этим детям так сильно, что сердце разрывалось.
Мне было жаль детей. Жаль Марту. Жаль их отца… Она его убила? Но в моих видениях она любила его… Как же так? Разлюбила? Влюбилась в Дарена?
От этой мысли стало мерзко. Буквально тошно. Я резко села на кровати, сбрасывая оцепенение. Взгляд упал на сложенные вещи.
Рука сама потянулась к вчерашнему платью, к карману. Пальцы сомкнулись на холодном металле. Я достала кулон.