Знакомство с маленькой Марией и ее сестрой Лисой. Тогда я еще не знала… не знала, сколько им придется пережить. Мне так хотелось закричать, предупредить их, но это лишь… воспоминания.
Первая встреча с Титом — маленьким, веселым, бойким мальчишкой. То, как я учила его играть в морской бой и слушала, как он мечтает вырасти и стать драконом.
Первая встреча с Вики — то, как она строила пирамидку и смеялась… Она всегда так звонко смеялась.
Воспоминания проносились прямо передо мной, каждое — всего за миг, но этот миг я переживала… Чувствовала каждую эмоцию, чувствовала свое счастье и тепло, и оно… оно держало меня здесь.
Я чувствовала, что свет зовет. Это был не звук, нет… что-то другое, что я не могу описать. Я просто чувствовала, что должна закрыть глаза и позволить себе раствориться.
Но я не могла.
— Не хочу! Нет! Не хочу! — шептала я, и мой шепот превращался в крик. — Я должна вернуться к ним! Должна! Прошу, отпустите меня!
А потом мне показалось, что я моргнула. Всего лишь моргнула, но… передо мной оказалась девушка.
Хрупкая, утонченная, с темными волосами и синими уставшими глазами. Она была бледной, почти прозрачной, и смотрела на меня с какой-то странной, грустной улыбкой.
— У тебя красивая жизнь, — тихо сказала она. — Я видела. Там, в свете. Воспоминания — такие яркие, такие… настоящие.
— Кто ты? — спросила я, и голос мой прозвучал хрипло.
— Лира, — ответила она. — Я… я тоже умираю. Так же, как и ты. Мое тело там, внизу… Оно еще держит меня…
Лира подняла руки, и на них зазвенели кандалы. Я заметила, как дрожат ее пальцы.
— А ты свободна, — прошептала она. — Ты можешь уйти. Но… не хочешь… Почему?
— Потому что они там, — сказала я, чувствуя, как слезы текут по лицу. — Мой муж, мои дети. Они в опасности… Я так им нужна. Я не могу их бросить. Я не хочу быть свободной, если это значит потерять их навсегда.
Я всхлипнула. Странно… еще один мир, какая-то середина, в которой я застряла. И снова здесь была только душа, но слезы были солеными, и грудь ныла от боли за родных.
Лира подняла руки, и в тишине раздался звон цепей. А вслед им — голоса.
— Бесполезная… порченая… никому не нужная… Тварь… Выпороть!
Я вздрогнула и посмотрела на нее.
— Это… это с тобой так говорили? И били? — с ужасом спросила я.
Лира кивнула, и в ее глазах блеснули слезы.
— Мои родители умерли, и меня приютила тетка. Она… она хотела выдать меня замуж за графа. Старого, жестокого. А я… я любила другого. Его звали Элиан. Он был моим учителем музыки. Он первый сказал мне, что я не пустое место.
Ее голос сорвался, на лице появились слезы. А я вдруг словно увидела темный лес, почувствовала крепкую руку, что держит мою…
— Мы хотели сбежать. У нас были билеты, вещи… А потом… выстрел. Тетка наняла людей. Элиан упал. Меня поймали. Вернули домой, чтобы выдать замуж… Но без него я не хочу жить. Я сама сделала этот выбор. Но меня… меня не отпускают. Я застряла между. И каждый раз, когда я пытаюсь уйти, эти цепи тянут назад.
Я смотрела на нее, на эту измученную девушку, и чувствовала, как внутри разливается щемящая грусть. Она выглядела такой одинокой и потерянной… Она хотела уйти, но ведь жизнь прекрасна…