— Подскажите, как моя дорогая Катрина? — раздался голос моего мужа. Мужчина был красив, очень красив. Но от одной мысли, что мы связаны брачными узами, мне становилось не по себе.
Он так вел себя с детьми. Это было неправильно! Это мерзко! Неужели я могла связать свою жизнь с таким человеком?
Мне стало противно от самой себя.
— При падении с лестницы… повреждения минимальны, — отозвался лекарь. — Несколько поверхностных ушибов, легкое сотрясение. Это более чем благополучный исход! Можно сказать, госпожа Катрина родилась в рубашке.
Лекарь улыбнулся и что-то начал черкать в записной книжке. Я же молча смотрела на мужчин, не зная, что сказать.
«Легкое сотрясение – это хороший диагноз» – пронеслось где-то внутри меня.
Значит если я буду выполнять все указания смогу быстро и полностью выздороветь.
— Слава Богам! Дорогая моя, это поистине чудесно! Милостивая Лада тебя спасла! За твои добрые поступки, за помощь нуждающимся!
Я взглянула на супруга и внутренне съежилась. Если я такой хороший человек, помогающий нуждающемся, почему же дети меня боятся?
— Госпожа Катрина, скажите… у вас не было провалов в памяти? — голос лекаря отвлек меня от мыслей. Я тут же резко кивнула.
— Я… я ничего не помню, — выдохнула я, почувствовав неожиданное облегчение от этих слов.
— Бедная моя, милая моя, — тут же запричитал мой муж-незнакомец, опускаясь на колени. Он потянулся к моей руке, но я инстинктивно отдернула ее. Он замер, и в его глазах на мгновение мелькнуло что-то острое.
— Не переживайте, это нормально! За пару дней память полностью восстановится, — поспешно сказал лекарь. — А пока незначительные провалы — обычное дело. Настой валерианы и шалфея на ночь поможет успокоить нервы. Магия сделает остальное.
Незначительные провалы… Но я не помнила ничего!
Возможно, стоило сказать об этом прямо, но в голове снова и снова крутились слова мальчика: «Иначе тебя раскроют». А чувство, что я не на своем месте все усугубляло.
Лекарь вырвал из записной книжки листок и протянул мне. Я взяла его и с интересом пробежалась глазами по лечебному рецепту. Здесь все было… органическим. Полезно, но… словно что-то должно было быть еще. Но раз лекарь так сказал…
Слово «лекарь» отзывалось внутри чем-то странным и непонятным. Оно было знакомо, но как будто бы… Что-то не то.
— Если вам будет необходима помощь, госпожа, обращайтесь в любое время.
Я подняла глаза на мужчину. Казалось, он говорил искренне и был готов помочь. А помощь ведь действительно была нужна.
— Дети… та девочка. Она сильно кашляла… Словно у нее проблемы… с бронхами, — слова вырвались сами собой, прежде чем я успела осмыслить их. Я застыла. Сказанное отозвалось в памяти — что-то правильное и привычное. — Ей нужно, чтобы вы послушали легкие. И проверили температуру — она дрожала, будто от озноба. Возможно она просто замерзла, а может у нее начинается воспаление.
Супруг и лекарь замерли.
— Дорогая, мне кажется, ты преувеличиваешь, — раздался слащавый, знакомый голос. — Виктории не нужна помощь, просто…
— А мне кажется, у нее бронхит, — твердо сказала я. — Ее необходимо осмотреть, исключить болезнь легких и назначить лечение. Сейчас же.