— Все! До последней строчки! — уверенно отрапортовал Тит.
— И я! — Вики чуть не подпрыгнула от нетерпения. — И я все-все прочитала!
— Ну какие же вы молодцы, — Ева покачала головой с искренним восхищением. — Не ученики, а моя гордость.
Я знала: стоит мне выйти из тени, и эта теплая, светлая картина исчезнет. И я чувствовала себя воришкой того немногого счастья, что было у детей. И все же нужно было это сделать.
Я вышла вперед. Ева, увидев меня, изменилась в лице мгновенно — улыбка погасла, черты заострились.
— Доброе утро, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.
— Доброе утро, — ответила она сухо, даже не глядя в мою сторону. — Тит, Вики, вы не могли бы подождать меня в классе? Нам нужно начать занятия, а перед этим я хочу обсудить кое-что с вашей… с госпожой Катрин.
Дети переглянулись. Тит нахмурился — ему явно не нравилось, что важные вещи обсуждают без него.
— Ева, а вы… вы купили лекарство для Вики? — все же решился спросить он, и в его голосе прозвучала такая отчаянная надежда, что у меня сердце сжалось.
Ева кивнула.
— Купила.
Тит просиял так, будто ему преподнесли самый дорогой подарок в мире.
— Спасибо! Спасибо тебе, Ева! — выпалил он, забыв про официальное «вы». — Теперь Вики обязательно выздоровеет!
— Тит… — Ева сделала шаг назад, и в ее глазах мелькнула тень, от которой у меня все внутри похолодело. — Я купила всего три порции.
Три. А положено было десять.
— Остальное должна оплатить ваша тетя, — продолжила Ева, и голос ее звучал глухо. — Надеюсь, она… докупит.
— Да… докупит, — буркнул Тит, но в его голосе уверенности не было. Он бросил на меня быстрый, тяжелый взгляд.
— Все будет хорошо, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
Но взгляд мальчика остался тяжелым. Он сильно переживал за сестру.
— Ну так подождете меня в классе? — мягко, но настойчиво повторила Ева. — А я пока обсужу кое-какие взрослые дела.
— Я тоже взрослый, — буркнул Тит.
— Тит, пожалуйста, — Вики осторожно тронула брата за рукав. — Пойдем. Ты меня проверишь, чтобы я хорошо ответила.
Мальчик тяжело вздохнул, но кивнул.
— Я скоро приду, — пообещала Ева, и они с Вики ушли в сторону класса.
Мы остались вдвоем. Тишина была тяжелой, но взгляд Евы — еще тяжелее.
— Ева, я благодарна вам за лекарство, — начала я, понимая, как жалко это звучит.
— Три порции вряд ли вылечат девочку, — отрезала она.
— Но это уже начало… Я думаю, остальное мы докупим…
— Докупите ли, — со вздохом сказала она и продолжила: — Лекарство очень дорогое. А тетя… Я написала вчера Елене. Сегодня утром пришел ответ. В этот раз она ответила быстро.
У меня внутри все оборвалось.
— И что она ответила?
Ева сжала губы, словно даже произносить не хотела. Не может же быть, чтобы ей были так безразличны племянники?
— Она сказала, что мальчик выздоровеет сам, — ответила Ева, и внутри у меня все упало. — И чтобы я больше не смела тревожить ее такими вопросами.
Глава 38.
* Ирина *
Не знаю, с каким сердцем Ева вела занятия, но мое сердце было тяжелым, как камень.
Я с усилием оттирала стол, складывала посуду, переставляла ложки и половники — лишь бы занять руки, лишь бы не думать. Но это не помогало. Внутри пульсировал только один вопрос: неужели в этом мире нет никого, кто любил бы этих детей? Неужели родная тетя могла так ответить?