– Вы видели эти столы? Фигурки просто расставляются на них? – снова спросил Дмитрий Николаевич.
– Я видел чертёж. Фигурки не расставляются, а закрепляются в пазы, чтобы случайно не быть сбитыми… Дмитрий Николаевич, почему эта игра вас так заинтересовала?!
– Подождите, Виктор Леонидович! Ещё вопрос. Правильно ли я помню, что среди попечителей университета значится барон фон Клебек?
– Кажется, да… О, господи! Вы думаете, что игральные столы и есть адова машина? Но почему?!
Руднев вынул из кармана кольцо, найденное в Разумовском клубе. Оно было частично отремонтировано: волчья морда припаяна к ободу, но смертельный механизм с иглой изъят.
– Взгляните на эту гравировку, – сказал Руднев, показывая чиновнику обод кольца. – Видите, здесь написано: «RP 12». А теперь посмотрите на эти столбцы. Вероятно, это запись ходов Вер-Вольфа и его противника. В одном столбце все комбинации начинаются с буквы «R». Думаю, это сокращение от немецкого «rechts»– правый, а другая – с «L» – «linke» – левый. Это обозначение полей. Дальше идёт латинская буква от «А» до «Z» – координата по горизонтали, а после – цифра от 1 до 23 – координата по вертикали. Теперь представьте, что кольцо – это ключ, который нужно вставить в указанный паз!
– Чёрт возьми, ваша идея безумна! – воскликнул всесильный чиновник. – Но ради ваших безумных идей я вас и привлёк… Сейчас же велю отправить телеграмму…
Виктор Леонидович поднялся, и тут же раздался выстрел. Чиновника отшвырнуло к стене.
Руднев кинулся на пол под прикрытие массивного резного стола и выхватил из подмышечной кобуры свой Смит-Вессон. Падая, он успел увидеть, что лучший филёр «Летучего отряда» Рокотов, незаметно от всех вошедший в салон и притаившийся в тени тяжёлой бархатной портьеры, наводит в его сторону дымящийся револьвер.
Рявкнул второй выстрел, но теперь уже где-то совсем рядом с Дмитрием Николаевичем, потом грохнула распахнувшаяся дверь салона и снова прозвучал выстрел, а за ним ещё и ещё. На этот раз стреляли из винтовки.
Руднев дважды выстрелил в нападавших. Рядом с ним стрелял Белецкий. Винтовочная стрельба захлебнулась, и Белецкий проорал: «Schnell weg!(нем. Уходим! Быстро!) ».
Дмитрий Николаевич пальнул в окно. Толстое стекло брызнуло осколками и частично осыпалось. Затянутой в перчатку рукой он выбил остатки стекла и ухватился за верхнюю раму. Стрельба за его спиной возобновилась. Руднев подтянулся и вполз на крышу вагона. Через несколько бесконечных мгновений вслед за ним в окно проскользнула гибкая и сильная фигура Белецкого.
Каждую секунду рискуя сорваться, они добрались до края вагона и спустились на площадку открытого тамбура.
– Мüssen wir springen!(нем. Нам нужно прыгать!) – прокричал Белецкий, перекрикивая гул паровоза и стук колёс.
Руднев замешкался в нерешительности, скорость поезда была слишком велика. Но тут рельсовые пути стали заворачивать по большой дуге, и литерный притормозил. Белецкий тотчас же с силой пихнул его в спину, сталкивая с подножки на поросший густым бурьяном косогор. Небо, земля, мчащиеся вагоны – всё это закружилось вокруг Дмитрия Николаевича в бешеной карусели, а после наступила непроглядная тьма.