Через час они отъезжали от деревни, примостившись на телеге между предназначенных на продажу хомутов и мешков с чем-то невероятно угловатым и жёстким.
Предполагая, что хозяин откажется принять с Рокамболей плату за беспокойство, постой и угощение, Руднев напоследок незаметно вложил в дю Террайя червонец, а Белецкий пообещал подписать книголюба на альманах «Пуля и клинок».
На маленькой захолустной станции кроме них оказалось всего лишь два пассажира – старик священник с солидным чемоданом и румяная молодуха с корзиной. Друзья забеспокоились, что в такой малочисленной компании привлекут к себе внимание дежурного, но тому, к счастью, было совершенно не до них, поскольку он был целиком и полностью поглощён заигрыванием с хохотливой молодухой, шаловливо накручивающей на палец концы цветастого платка.
Здраво оценив состояние своей одежды и, главное, обуви, которым даже тщательная чистка не смогла вернуть приличный вид, путники приобрели для себя билеты во второй класс, и, наконец, без всяких новых приключений Руднев с Белецким продолжили свой путь в столицу по Николаевской железной дороге.
Глава 37
Хотя путешествие к Петрограду шло спокойно, и никто не проявлял никакого интереса к двум странноватым господам без шляп, в помятых перепачканных травой и болотной грязью костюмах, друзья всё-таки решили не искушать судьбу и покинуть вагон, не доезжая вокзала. Выбрав момент, когда поезд медленно пробирался среди ремонтных депо и путаницы запасных путей, а проводник отвлёкся на препирательство с торговцем, заставившим своими тюками весь проход, Руднев с Белецким осторожно соскочили с подножки и, стараясь не попадать никому на глаза, стали пробираться в сторону беспокойной Лиговки.
– Странное дело, – заметил Белецкий, – почему нет ни одного жандарма? Литерный был в городе уже вчера. Неужели никого не обеспокоил изрешечённый салон-вагон с трупами, раненными и двумя пропавшими пассажирами?
– В этой истории всё странно, – признал Руднев. – Тут ни в чём нельзя быть уверенным. Может, литерный вовсе не дошёл. А может, дошёл, но никто ничего не увидел. Или увидел, но скрыл…
– Предполагаете очередные происки гипнотизёров?
– Думаю, всё проще. Дело по-прежнему пытаются держать в тайне, причём и преступники, и противодействующие им службы. Но нам с тобой, Белецкий, сейчас это только на руку.
– Как сказать, – не согласился Белецкий. – Мне было бы куда спокойней, если бы наши спины прикрывали Анатолий Витальевич с Кошко или, скажем, князь Багратион со своим Генштабом.
– В нужный момент мы призовём их в помощники, – пообещал Руднев. – А сейчас нам нужно позаботиться о том, чтобы найти себе укрытие в городе, где у нас будет возможность спокойно обдумать следующие шаги.
– Хорошо бы ещё принять ванну, сменить бельё и переодеться в приличный костюм, – проворчал Белецкий, удручённо проводя рукой по небритой щеке и брезгливо дёргая воротничок несвежей рубашки.
– Да уж, – согласился Дмитрий Николаевич. – Вид у нас не авантажный. Придётся тебе, Белецкий, отправиться за покупками. В «Эсдерс и Схейфальс» тебя в таком виде не пустят, так что будем довольствоваться гардеробом с Троицкой89 .