— Дарен… — я сделала вид, что сдаюсь, и в моем голосе появилась усталая нота. — Я очень устала от ссор. Давай… давай встретимся за обедом. И спокойно все обсудим.
Он хмыкнул, явно считая, что одержал победу, и кивнул с видом человека, делающего великое одолжение.
— Как скажешь, дорогая.
Не теряя ни секунды, я развернулась и быстро пошла, почти побежала вниз по лестнице. Теперь главное было перехватить Еву. Не дать ей ускользнуть. Она могла быть ключом к тайнам детей, к деньгам, к прошлому Катрин. Ко многим вопросам, на которые мне нужны были ответы. А Дарен… с Дареном я еще разберусь. Но позже.
Глава 28.
* Ирина *
Я бежала со всех ног, петляя по коридорам, и чуть не упала, споткнувшись о подол собственной юбки. Но моя спешка оправдала себя — я успела застать гувернантку прежде, чем та поспешно скрылась.
Ева уже стояла у массивной входной двери, накидывая на плечи простой, но добротный шерстяной плащ. Ее движения были отточенными и быстрыми — она явно спешила уйти. Я видела лишь ее спину и каштановые волосы, собранные в тугой, безупречный пучок. Но больше всего выдавала ее прямая осанка — от нее веяло холодной, неприступной твердостью.
— Ева, подождите, пожалуйста! — выпалила я, запыхавшись.
Она замерла на секунду, но не обернулась. Ее рука уже лежала на тяжелой железной дверной ручке.
— Мои обязанности строго ограничены уроками, госпожа Катрин, — сухо прозвучал ее голос. — Прошу вас, не задерживайте меня.
— Мне срочно нужен ваш совет, — попыталась я смягчить тон, приближаясь. — Всего на минутку.
Наконец она повернула голову. Ее глаза, серые и холодные, встретились с моими. И, как и следовало ожидать, в них читалось лишь раздражение.
— Как я уже говорила вам в прошлый раз, и в позапрошлый, я не ваша служанка и не обязана исполнять ваши внезапные прихоти. У меня есть свои дела. — Она потянула за ручку. Дверь приоткрылась, впуская внутрь порыв сырого осеннего воздуха.
Отчаяние подкатило комом к горлу. Я сделала шаг вперед, почти преграждая ей путь.
— Я не помню наших прошлых разговоров! — мой голос сорвался, выдавая отчаянный, неподдельный страх. — Я упала с лестницы… и потеряла память. Мне очень нужна ваша помощь!
Я говорила быстро, сбивчиво, стараясь вложить в слова всю свою растерянность. Ева лишь хмыкнула, и ее холодный взгляд стал откровенно ядовитым.
— Это новая уловка? — усмехнулась она, не скрывая презрения. — «Ой, я ничего не помню, помогите бедной Катрин»? Вы мастер манипуляций, госпожа. Но на меня это не действует. Вы можете играть в невинность перед их тетушкой, высасывая из нее деньги «на детей». Но мы обе прекрасно знаем, куда на самом деле уходят эти средства — на шелк, на вашего… спутника и прочие радости, которые к детям не имеют ровно никакого отношения.
Я застыла, сраженная этим шквалом обвинений. Во мне странным образом смешались почтительное уважение к этой железной леди и полная растерянность.
Она была права. Вот только… Я не знала, что на это ответить. Значит, тетя присылала еще и деньги… И, конечно, Катрин тратила их на Дарена и его штаны на завязочках… Как же мерзко!