Наследника. Мальчика, который навсегда скрепит не только наш брак, но и передаст в руки Никиты «бизнес» наших отцов.
А теперь все мои старания – в топку!
Резко сажусь на кровати. Сердце колотится где-то в горле, мешая дышать. Рукой смахиваю подушку на пол.
Зараза!
Снимаю с шеи бриллиантовое колье. Пальцы дрожат, застёжка не поддаётся. Дёргаю сильнее – почти срываю и бросаю ожерелье на тумбочку.
Оно глухо стучит о деревянную поверхность и замирает, переливаясь яркими гранями в приглушённом свете ночника.
Красивая вещь… и бесполезная. Как и я.
На моих плечах – его пиджак. Синий, дорогой, от которого веет его свежим, цитрусовым парфюмом.
Этот запах мне всегда нравился, но сейчас он душит меня.
— Ну и куда он ушёл? – спрашиваю пустоту.
Пальцы впиваются в волосы у корней и оттягивают их до лёгкой боли.
Хорошо. Это отрезвляет. Помогает унять жжение в груди и не разреветься от злости.
— Ненавижу! Ненавижу её!
Взгляд сам падает на телефон, лежащий рядом со мной на покрывале.
Подхватываю его дрожащими пальцами, и экран загорается.
Набираю номер. Тот самый, который помню наизусть с восемнадцати лет.
Гудок.
Ещё один.
Сердце замирает, а потом разгоняется с новой силой.
— Здравствуй, Анжела.
Этот голос.
Низкий, хрипловатый, с лёгкой усмешкой.
Только он произносит моё имя с ударением на второй слог.
Мурашки тут же рассыпаются по голым рукам, бегут вниз по позвоночнику, заставляя меня выгнуться.
Сильнее стискиваю пальцами гаджет. В горле мгновенно пересыхает.
— Добрый вечер, Андрей Николаевич, — робко мямлю, и ненавижу себя за это.
Я хотела сказать красиво. Томно. Уверенно. А получилось…
Чёрт. От этого мужчины я схожу с ума с восемнадцати лет.
Я теку даже от его голоса. От этого его «Анже́ла», сказанного с придыханием…
— Что-то случилось? — сейчас в его голосе слышна усталость, но даже этот тон меня возбуждает.
— Да, – делаю глубокий вдох, стараясь взять себя в руки. – Мы повздорили с Никитой.
— Хорошо, — спокойно отвечает он. – Я с ним поговорю.
— В этот раз это не поможет.
Пауза.
— Даже так?
Его голос меняется.
Усталость исчезает, и появляются другие нотки – стальные, властные… те самые, от которых у меня подгибаются колени.
Пальцы второй руки медленно скользят по груди. По белью. По ставшим упругими соскам…
До боли закусываю губу, когда тело прошивает острое удовольствие.
Ах, если бы он сейчас коснулся меня…
— Рассказывай, что произошло.
Слушаю его голос и представляю другое. Как он требует, чтобы я встала перед ним на колени. Как смотрит сверху вниз – холодно, властно, по-собственнически. Как берёт меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.
— Анжела, ты ещё тут?
— Да-да, — выдыхаю хрипло.
Сажусь ровнее, провожу ладонью по лицу, пытаясь унять беснующиеся внутри эмоции и разлившееся по телу жаркое желание. Оно пульсирует между ног, требует выхода и разрядки…
— Даша, – мой голос срывается, когда я произношу ненавистное имя. – Сегодня мы встретили в ресторане Дашу. И всё полетело к чертям.
Тишина.
Несколько секунд я слышу только его дыхание – ровное, спокойное, такое контрастное с моим сбитым, рваным.