— Я как понял — схватил её за шею, — шипит он, а я вижу, как его ладони на больничной простыне медленно сжимаются в тяжёлые кулаки, и узловатые пальцы белеют в суставах. – Убить хотел суку… но пожалел.
Его кулаки медленно разжимаются. Ладони расправляются и безвольно ложатся на простыню.
— Зря, — добавляет он опасно тихо. – Надо было.
Голова его чуть наклоняется набок.
Вижу, что сил у отца почти не осталось.
Пора уходить. Надо вызвать врача.
Понимаю это и задаю последний вопрос.
— От кого ты просил спрятать Дашу? От Анжи? Или от её папаши?
Отец долго молчит, но потом его бледные губы разлепляются.
— От обоих. – он снова вздыхает. – Тебе придётся прятать её от них обоих, сын, — говорит, и в его голосе впервые за весь этот разговор появляется что-то живое – не холод, не злость. Страх. — Если не хочешь, чтобы с ней поступили… как с Настей.
Глава 40.
* Никита *
Сижу, откинувшись на спинку дивана, и таращусь в потолок.
Белый, глянцевый, с одной маленькой приплюснутой люстрой.
Временное жильё для человека, у которого больше нет дома.
Нет ничего.
Оставаться в палате отца после нашего разговора не было сил.
Нутро всё наизнанку выворачивало.
Каждое слово, каждый взгляд – будто ножом по живому.
Хорошо, что пришла мать. Я практически сразу сбежал оттуда.
Не попрощался. Просто встал и вышел.
В офис больше не возвращался.
Приехал сразу сюда, потому что больше некуда.
Квартиру, в которой мы жили с Анжи, я никогда не вернусь.
От этой мысли внутри ничего не меняется – никаких эмоций, только опустошение… может, потому что я всегда чувствовал, что это не мой дом.
Чистый, идеальный… и пустой.
«Как с Настей» — эта тихая фраза отца крутится в голове беспрестанно, врезается в грудину острым ножом, убивает.
Если с Дашей что-то произойдёт…
— Бляяяядь…
Наклоняюсь вперёд и обхватываю голову руками. Внутри всё горит.
Чёртово воображение рисует то, что сделали с другой девчонкой… с Настей… и меня разрывает на части.
Нет. Ни за что. Сдохну, а Даша будет жить!
С этой мыслью резко отодвигаю от себя подальше бутылку крепкого виски и наполненный наполовину низкий хрустальный бокал. Аромат алкоголя щекочет рецепторы.
— К чёрту! – вскакиваю с дивана и быстро подхожу к окну.
Жутко хочется выпить, но понимаю, что совершенно не время сейчас.
Нужно решить, как выбираться из облепившей меня паутины, как защитить Дашу.
Олег уже отчитался: она прилетела в Иркутск. Его люди присматривают за ней. Встретили в аэропорту, довели до гостиницы, незаметно поставили охрану.
Это хорошо. Потому что мне самому придётся здесь ещё задержаться.
Надо решить вопрос с бизнесом и нашим с Анжи разводом.
Знаю, что тесть будет категорически против – у них с отцом бизнес порушится.
Если начнётся раздел, то слитые воедино криминальные империи, годами выстроенные на крови и чужих костях, станут уязвимы.
Всё пойдёт прахом.
Этого мне никто не простит.
— Бизнес порушится… – медленно повторяю и понимаю, что просто так вырваться не получится.
Это всё может отразиться на Даше.
Отец предупредил: Анжелика и её папаша не остановятся. Если я инициирую развод, они ударят по самому больному. По Даше.