Поворачиваю голову к окну. Плотные шторы закрыты, но сквозь щель пробивается серый свет.
Наверное, сейчас раннее утро… или уже вечер?
Не понимаю. Да и время сейчас совершенно теряет для меня смысл.
Когда кто-то держит в руках твою жизнь, разве уже что-то может быть важным?
Пытаюсь сесть, но не получается. Тело не слушается. Голова кружится, руки дрожат.
— Чёрт…
Беспомощно падаю обратно на подушку.
Глаза абсолютно сухие – слёз нет, как и сил сопротивляться.
Внутри меня ломает, корёжит, кромсает от понимания, что Глеб, самый близкий мне человек, мужчина, которому я впервые за долгие годы смогла довериться, врал мне.
Почти целый год врал.
Зло рычу и закрываю лицо ладонями.
Всё, что он говорил – ложь.
Каждое слово. Каждое прикосновение. Каждый тёплый взгляд, улыбка…
Боже…
Как я могла быть такой слепой?
Почему не заметила его лжи??
Дура!
Сто раз дура!
Белое покрывало соскальзывает по плечу, и я вздрагиваю от прохлады, пробирающейся по коже. Пытаюсь вдохнуть глубже, но от запаха сигарет меня мутит.
Горло сжимает так, что я едва не давлюсь собственным дыханием… и вдруг…
«Никита. Он очень дорожит тобой».
Голос хищника звучит в голове так отчётливо, будто он всё ещё стоит рядом.
Резко отнимаю руки от лица.
Умом я понимаю, что это неправда. Очередная ложь. Манипуляция.
Но… в груди, под страхом и злостью, снова шевелится надежда.
Та самая – робкая, хлипкая, жалкая. Та, что зажглась во мне, когда мой мучитель произнёс эти слова.
Потому что если это правда…
Если Никита и правда ищет меня…
От дикого напряжения до крови закусываю губу, и её солоноватый вкус наполняет рот.
Если то, что он сказал, правда… возможно у меня ещё есть шанс выбраться отсюда… живой?
Хватаюсь за эту мысль, как утопающий за соломинку… но сомнения тут же рвут её в клочья.
Они вползают в сердце холодной ядовитой змеёй… и я снова гасну.
Опять остаюсь одна в этой ловушке.
Грудь сдавливает так сильно, что становится больно дышать.
Медленно, осторожно поворачиваюсь на бок и поджимаю колени к груди. Холодный шёлк неприятно скользит по коже.
Слёз по-прежнему нет. Внутри только выжженная пустота и страх.
Я лежу так долго, что теряю счёт минутам. Постепенно тело становится тяжёлым, будто налитым свинцом, и в какой-то момент я проваливаюсь в вязкий, чёрный сон… а просыпаюсь от звука шагов.
Тяжёлых. Уверенных. Быстро приближающихся к двери.
Сердце мгновенно подпрыгивает к горлу.
Охрана?
Резко распахиваю глаза и всматриваюсь в темноту. Сейчас только тусклый свет с улицы тонким лучом скользит по белым силуэтам мебели, делая их ещё более жуткими.
Щёлк.
Дверь открывается.
Я задерживаю дыхание, вцепляюсь пальцами в покрывало и пытаюсь хоть что-то разглядеть.
Высокая тёмная фигура останавливается у порога.
Мужчина. Не тот, что осматривал меня утром.
Этот выше, шире в плечах, и от него пахнет улицей, холодом и чем-то знакомым… но я не успеваю понять чем.
Он двигается быстро.
Слишком быстро.
Дёргаюсь назад, но его горячие пальцы сжимаются на моём запястье, и меня подбрасывает от ужаса.
— Не трогай меня! – хриплю, но звук глохнет, когда мужская тяжёлая ладонь накрывает мой рот.