– Тогда мы пришлем скорую помощь на всякий случай, – ответила женщина. Я сообщила ей свои личные данные, затем положила трубку, вышла из машины и, с трудом продираясь сквозь лужи и потоки дождя, присела перед девочкой, стараясь держаться с ней на одном уровне.
– Может, мы с тобой сядем в машину и я отвезу тебя к родителям? Они, наверное, очень волнуются, что ты так поздно на улице в такую погоду. – Я осторожно коснулась ее руки. Как же она замерзла. Кто знал, сколько она уже была под проливным дождем. Я заметила, что ее волосы были всклокочены. – В машине сухо и тепло, – продолжала я. – Я включу обогрев. Что скажешь? И кажется, у меня в бардачке оставалась шоколадка. Можешь взять ее, если хочешь. Шоколад всегда хорошо согревает, правда ведь?
Девочка продолжала молчать и смотреть на тяжело дышащего волка. Я поколебалась.
– Не беспокойся о волке, – сказала я. – Кто-нибудь обязательно придет и поможет ему. Нам нужно только проехать немного назад, чтобы встретить помощников, тебе и мне, хорошо?
Учитывая ее странное поведение, я не ожидала, что она хоть как-то отреагирует. Но, к моему удивлению, девочка вдруг сморгнула и посмотрела на меня.
– Все в порядке? – снова спросила я, встала и протянула ей руку.
Но вместо того, чтобы взять ее, она подошла к волку, села перед ним на корточки и просунула тоненькие ручки под его тело, словно хотела поднять его.
– Не надо! – в ужасе закричала я и попыталась оттащить девочку за плечо, но она оттолкнула мои руки, отмахнувшись от них, и изо всех сил постаралась поднять раненного волка.
– Кто-нибудь обязательно ему поможет, – заверила ее я. Но девочка полностью игнорировала мои слова. Казалось, что для нее не существовало ничего, кроме волка. Я выругалась и вытерла лицо от дождя, потом присела рядом с ней и помогла ей поднять волка с земли.
Животное весило, наверное, килограммов тридцать, и затащить его на заднее сиденье моего старенького «Фольксвагена» было не так-то просто. Я не переставала размышлять о том, что, собственно, делала. Я правда хотела вести машину с волком на заднем сидении? Наверняка не хотела, но все равно решила сделать это. Чтобы наконец-то спрятаться от дождя и уехать подальше от утонувшего во тьме места. Чтобы девочка покорно села на пассажирское сидение рядом со мной и позволила пристегнуть ее ремнем безопасности.
Я с большим трудом развернула машину на узкой дороге и поехала обратно в том направлении, откуда приехала. В какой-то момент я снова начала узнавать дорогу. Я смотрела в зеркало заднего вида и наблюдала за волком, глаза которого были закрыты. Его голова покачивалась на каждой кочке и выбоине.
Волк, Джули! На моем заднем сиденье! Пару дней назад я впервые увидела настоящего дикого волка, и вот уже второй по счету, почти сразу. Или же это был один и тот же волк? Сначала в Фаунфельсене, а потом на горной тропе? Могут ли волки вообще преодолевать такие большие расстояния? Это сколько… тридцать, сорок километров? У меня не было рационального объяснения происходящему, Джули, поэтому мне казалось, что волк пытался что-то сказать мне. Как будто я не поняла его послание с первого раза, и потому он стал более настойчивым, вынужден был кинуться мне под машину, чтобы я поняла. Но что? Что ты пыталась сказать мне, Джули? Это ты послала ко мне волка? Или ты и была им?