– Это был комплимент, Смилла, мне нравится! И в конце концов, мы идем на вечеринку, а не на мероприятие по защите животных.
Вечеринка! Так вот о чем он говорил все это время. Был вечер четверга, и Саймон пригласил меня на вечеринку по случаю новоселья своего коллеги!
– Вот черт, Саймон! Я совсем забыла об этом.
Его лицо помрачнело.
– В смысле, «совсем забыла»?
– Я не смогу сегодня приехать.
– Что ты себе запланировала такое важное?
Я колебалась. Мне было жаль, что я забыла про вечеринку, и потому хотела рассказать ему правду, но мне не хотелось признаваться в том, что я стояла у клиники, чтобы поближе познакомиться с психиатром по совету писательницы-матери. Правда прозвучала бы абсурдно даже для Саймона, который обычно был таким же безумным, как и я.
– Я просто устала, – уклончиво ответила я. – К тому же папа уже приготовил лазанью.
– Лазанью? – переспросил он, сильнее придвигаясь к экрану своего телефона. – Хочешь сказать, что ты накрасила губы из-за лазаньи?
Саймон был разочарован, даже зол. И был прав. Мне следовало помнить о вечеринке и хотя бы отменить ее заранее.
– Смилла, где ты?
Краем глаза я заметила движение: кто-то шел по дорожке, ведущей от здания клиники к парковке.
– Мне нужно идти, Саймон. Извини! Я позвоню тебе! – Я отключила телефон, пополняя копилку сожалений, и бросила последний судорожный взгляд в зеркало заднего вида. Может, и правда переборщила? Все-таки не стоило так наряжаться. Я впопыхах стерла помаду и так решительно толкнула водительскую дверь, что она ударила рядом стоящую машину. «Мерседес» тут же разразился воплями сигнализации. Я ошеломленно сидела в машине с полуоткрытой дверью, а сигнализация не замолкала. Вдруг мужчина бросился бежать к стоянке. Он порылся в кармане, достал ключ, и «Мерседес» ответил ему миганием фар. Закрыв глаза, я осознала, что это была его машина. Я оставила вмятину на машине доктора Дэвида Греко.
Доктор Греко запрыгнул на водительское сиденье, отключил сигнализацию, а затем осмотрел пострадавшую пассажирскую дверь. Его телефон осветил длинную, словно восклицательный знак, вмятину. Я сжала руль, желая провалиться на месте.
– И-извините. – От неловкости я запнулась.
Доктор Греко повернулся ко мне. Он был высоким. Густые темные волосы, усталые глаза, тщательно выбритое лицо. На кадрах из новостной сводки я не успела разглядеть, насколько он был привлекательным. Может быть, и флиртовать с ним было бы не так сложно, если бы я не разбила его машину. Он посмотрел на меня, блеснув очками, и задумчиво прищурился.
– Я вас знаю?
– Нет. Ну, то есть я вас точно не знаю! – поспешно ответила я. Доктор Греко продолжал смотреть на меня с прищуром.
– Да, вы были в новостях. Вы – та самая молодая журналистка, которая нашла девочку!
Отлично, просто замечательно! Да, я понимала, что мой план был очевидным, но мне и в голову не пришло, что он мог увидеть меня по телевизору точно так же, как я увидела его.
– Точно! – подтвердила я, хлопнув себя ладонью по лбу. – А вы – психиатр. Я тоже вас видела! Вот это совпадение! Как вас зовут?