В найденном мной пресс-релизе кратко излагалась суть дела, а также указывался номер телефона соответствующего отделения полиции на случай, если найдется хоть один свидетель или новые улики. Однако было очевидно, что полиция не питала особых надежд, иначе они не изменили бы статус Джины с «пропала» на «пропала без вести».
Я щелкнула на вложение к письму, открыла фотографию и увеличила ее до размеров лица реального человека. Фотография отличалась от той, что висела в моей комнате, – девушка на ней не улыбалась. Я тщетно вглядывалась в черты лица, стараясь найти сходство с лицом моей лучшей подруги детства. С тобой, Джули.
Я все еще пыталась найти серийного убийцу, хоть полиция и твердила мне, что серийные убийцы придерживались одной схемы во всех своих преступлениях. Но закономерности не было, сколько бы я ее ни искала. Как и свидетелей. Женщины и девушки, чьи дела мне удалось собрать, были слишком разными: одни старше, другие моложе, одни светловолосые, другие – нет. Они пропадали в разное время суток и в разных районах. У некоторых был взбалмошный нрав, другие были склонны к суициду, и да, большинство из них планировали отправиться в поход, прежде чем бесследно исчезнуть. Я знала, что оснований для охоты на серийного убийцу не было. Но у меня не оставалось другого выхода, кроме как верить, что ваш убийца все еще был на свободе, а значит, продолжал похищать людей и все еще мог совершить ошибку, которая поможет мне найти его, пройти по следам, оставленным им на месте новых преступлений. А что мне оставалось, Джули? Смириться с тем, что похитивший тебя маньяк так и останется на свободе? Или поверить в страшилку о том, что лес съедает непослушных детей?
Свет зазвонившего мобильного около клавиатуры отвлек меня от размышлений. Пришло сообщение от Саймона. Он планировал устроить вечеринку по случаю новоселья и приглашал меня. Только я успела написать: «Привет, Саймон! Хорошо», – как лифт резким писком возвестил о прибытии редакторов. Я не знала, сколько было времени, поэтому поспешно нажала «отправить», забыв уточнить детали, потом распечатала новость о Джине Бейлер, открыла местный раздел газеты и наугад отметила новостную статью. Я не успела просмотреть все газеты, а мне нужно было хоть как-то показать окружающим, что я все утро работала. Пока я просматривала следующую газету, офис постепенно заполнялся людьми. В семь было запланировано совещание, на котором обычно обсуждались главные новости и распределялись задания. Я схватила газету и стопку распечаток, первой из которых лежала новость о пропаже Джины Бейлер, и поспешила к стеклянному кубу переговорной, расположенному по центру зала.
– Принести кому-нибудь кофе? – спросила я, кладя на стол результаты своих трудов. На меня посмотрели с недоумением. Только тогда я поняла, что всем уже принесли кофе из пекарни через дорогу. В центре стола также лежал пакет со свежими круассанами, число которых наверняка совпадало с числом кофейных стаканов.
– У нас уже все готово, – ответила Лена, одна из редакторов. Я продолжала стоять неподвижно. – Что-то еще?