– Отлично, – сухо ответила я.
Марио ответил мне выразительным взглядом.
– Я не буду спрашивать хозяина бульдога, заставлял ли он собаку есть носки. Обещаю, – ответила я, примирительно поднимая руки.
Он закатил глаза, затем бросил на мой стол раскрытую газету и ушел, не говоря ни слова. Заголовок гласил:«Бульдог съел тридцать один с половиной носок. Владелец победил в американском конкурсе на самые странные рентгеновские снимки» .
Иессей
Я не знаю, чего именно ждал. На следующий день я, как идиот, бежал в школу и первым делом посмотрел на место Ревекки, словно она стала невидимой только на двенадцать часов и могла внезапно снова появиться в классе. Но ее стул пустовал и будет пустовать весь день.
По расписанию у нас английский, природоведение и длинная перемена. Потом математика и немецкий. Фрау Бендер снова хвалила меня за эссе, которое нам задали на дом несколько дней назад. Я смотрел в окно, мысленно отгораживаясь от ее слов. Она до сих пор не поняла, что ее похвала перед всем классом была для меня медвежьей услугой.
К тому времени я уже решил, что Ревекка не стала бы уходить, не попрощавшись хотя бы со мной. Наверное, кто-то из учеников увел ее куда-то и запер в сарае, амбаре или погребе. Просто я вчера плохо искал!
Я не хотел возвращаться в поселение, пока не отыщу Ревекку. Где еще я мог ее поискать? Я протер глаза, словно помогая себе яснее представить сложившуюся ситуацию.
На мой взгляд, Альменен был больше Лестницы Иакова, но разница между ними была не так уж велика! Может быть, я смотрел на ситуацию не под тем углом? Может, я пропустил какой-то укромный уголок?
– Иессей, ты меня слышишь? – спросила фрау Бендер. Наверное, она задала мне какой-то вопрос.
Я так долго тер глаза, что фигура фрау Бендер стала размытой, словно в тумане. Она стояла рядом с нашим столом и протягивала мне лист с моим сочинением.
– Хочешь зачитать нам его вслух?
Я не хотел. Я никогда раньше не читал вслух. На горе мы ценили тишину. Только один человек в поселении иногда читал что-то вслух – наш священник. Я взял сочинение и посмотрел на размытые буквы.
Фрау Бендер вернулась к учительскому столу, встала за ним и посмотрела на меня. Она и остальные в классе замерли в ожидании. Некоторые ухмылялись. Они уже знали, что я не буду ничего читать. Я положил бумагу на стол и принялся ковырять край парты.
– Иессей? – снова спросила фрау Бендер.
В эссе рассказывалось о волках. О дружбе. Действие происходило в лесу. Мне не хотелось никому об этом рассказывать.
У меня в лесу есть друг. Он очень хорошо меня знает. Он такой же сильный и бесхитростный, как дуб. Он белый, серый и черный, как береза. Он знает меня и стоит рядом со мной.
Ветви качаются, и солнечный свет мерцает сквозь листву. Запах леса растворяет мои страхи. Кусты смахивают их, и они теряются в зеленой глубине лощины, а ручей уносит их прочь. Вниз, в долину, где есть только шум и потрескавшийся асфальт. Там им самое место.
Мой друг ждал меня. В пути он становится моей тенью, а я – его. Он тычется серой мордой в мою ладонь, и на мое встревоженное сознание ложится мирная благодать леса.