Комиссар Хофер вздохнул в ответ на мой кивок.
– Зачастую пропавшие люди объявляются сами не позднее чем через сорок восемь часов. А иногда – нет, поэтому, в отличие от своего коллеги, я считаю, что нужно серьезно относится к каждому исчезновению.
Я задумался, мысленно взвешивая про себя, что принесло бы Ревекке больший вред: если бы я рассказал о ней или, наоборот, промолчал. Победило беспокойство.
– Она внезапно исчезла вчера во время длинной перемены.
– Во сколько это случилось?
– Около половины десятого.
– Как думаешь, что могло с ней произойти?
– Ну… Мы подрались с одноклассниками на школьной площадке.
– Так вот откуда у тебя столько ссадин на лице? – спросил Хофер. Я кивнул, не глядя на него. Он вдруг рассмеялся. – Черт, когда я увидел тебя после того, как треснул дверью, то уж было подумал, что это на моей совести!
Я промолчал, поэтому он откашлялся.
– Извини, я тебя перебил.
Впервые кто-то говорил со мной как со взрослым.
– Мне страшно за Ревекку. Вдруг другие ученики что-то с ней сделали, – продолжил я. Хофер кивнул.
– Хорошо, – сказал он. – Будем считать такой исход вариантом А. А каким может быть вариант Б? Из-за чего она могла добровольно уйти из дома?
Я закусил нижнюю губу.
– Ей не нравилось жить на горе?
Я пожал плечами.
– Бывало, – ответил я, хоть и понимал, что лгу. Но потом все же заставил себя продолжить: – Она встретила одного парня. Он устанавливал антенну в Лестнице Иакова. И он отдал ей записку, но я не знаю, что он в ней написал. Номер телефона или адрес.
Комиссар Хофер вздернул брови.
– Адрес? Какой?
– Понятия не имею, – повторил я. – В городе!
Он почесал лоб. Очевидно, сказанное ему не сильно помогало.
– И этот… парень – думаешь, Ревекка могла пойти к нему? – спросил он. Я пожал плечами, только теперь осознав, насколько велики были шансы, что Ревекка и правда могла добровольно уехать из Альменена.
– Вот что я тебе скажу, – комиссар Хофер похлопал меня по спине, и я вздрогнул от непривычного мне прикосновения, – мне не сложно будет выяснить, что за парень устанавливал вам антенну. Я просто позвоню в нужную компанию. Я проверю этого парня, и мы сможем быстро выяснить, действительно ли Ревекка сейчас с ним.
Я искоса смотрел на него. Комиссар излучал спокойствие и самообладание.
– Нам важно убедиться, что, по крайней мере, Ревекка в порядке, – продолжал он. – Но если она не найдется у того парня, тогда я лично отправлюсь за вашими одноклассниками. У тебя есть кто-то конкретный на примете?
– Нет. Они все… – начал было я, но осекся. Комиссар Хофер похлопал меня по плечу. Кажется, он без слов понимал, что я пытался сказать. Видел по моему выражению лица.
– Мы найдем Ревекку. Я обещаю, – сказал он. Я снова кивнул в ответ, и он встал.
– Я… эм… Когда вы будете говорить с остальными, не могли бы вы не упоминать, что я…
Он сделал вид, что закрывает рот на молнию, и поднял обе руки в воздух.
– Ты мне ничего не рассказывал, – заверил меня он, после чего снова понизил голос. – И было бы лучше, если бы ты ничего не рассказывал вахмистру Бальтеру. Для полицейских вопрос полномочий всегда немного щекотливый.