Из-за этой единственной ошибки я потерял все.
Я был в одном шаге от того, чтобы стать единоличным владельцем строительной корпорации тестя. А теперь старик сидит в зале суда, бледный, но непреклонный, и смотрит на меня с брезгливостью. Мои счета арестованы, имущество конфискуют.
Я был уважаемым человеком. Успешный бизнесмен, любящий муж тяжелобольной жены. Теперь я негодяй с первых полос криминальной хроники, который годами травил собственную жену и обкрадывал ее семью.
Марину я никогда не любил ее так, как этот щенок Миша, но она была моим главным активом. Моим билетом в высшую лигу. А теперь она цветет для другого.
И самое страшное, что я потерял свою свободу. Я променял кожаное кресло в кабинете из красного дерева на нары, и небо в клеточку.
И из-за кого?
Из-за Лили.
Из-за этой истеричной, никчемной девки, которая сдала меня с потрохами только потому, что обиделась.
Если бы не она, я бы дожал Марину.
Если бы не она, я бы вышел сухим из воды!
Я с силой сжимаю кулаки. Господи, как же глупо. Я выстроил гениальную, многоходовую шахматную партию, а проиграл потому, что пешка смахнула все фигуры с доски.
— Встать! Суд идет! — резкий голос судебного пристава обрывает мои мысли.
.Зал с грохотом поднимается. Я тоже встаю на непослушных, ватных ногах. В горле пересохло так, что я не могу сглотнуть.
Судья — сухая, женщина с ледяным взглядом поверх очков — начинает зачитывать приговор. Ее голос лишен эмоций. Это голос машины, перемалывающей человеческие судьбы.
«…Признать виновным по всем пунктам обвинения…»
«…Назначить наказание в виде лишения свободы сроком на…»
Я закрываю глаза. Цифра, которую она называет, ошеломляет меня. Двенадцать лет. Двенадцать гребаных лет строгого режима.
В зале поднимается гул. Я слышу, как плачет теща — то ли от облегчения, то ли от пережитого ужаса. Я медленно открываю глаза и смотрю на Марину.
Она не торжествует. В ее взгляде нет ни злорадства, ни радости. Она просто смотрит на меня так, как смотрят на закрытую, прочитанную книгу, которую сейчас выбросят в мусорное ведро.
А потом она поворачивается к Мише, он обнимает ее за плечи, и они первыми идут к выходу из зала. Они уходят в свою счастливую жизнь, навсегда вычеркнув меня из своей.
— Лицом к стене. Руки за спину, — командует конвоир, открывая замок клетки.
Я подчиняюсь. Я раздавлен.
Я сломал свою жизнь собственными руками пока пытался получить то, что мне не принадлежит.
И теперь мне предстоит расплачиваться за это каждый день в бетонной коробке, пока они будут наслаждаться всем тем, что должно было принадлежать мне.
Эпилог
Четыре года спустя
Марина
Летнее солнце заливает зеленую лужайку за нашим домом мягким, золотистым светом. Воздух напоен ароматами свежескошенной травы, цветущих яблонь и сладкой ванили от огромного праздничного торта, который ждет своего часа на веранде.
Я стою с бокалом домашнего лимонада и просто дышу. Дышу полной грудью, без боли, без страха, наслаждаясь каждой секундой этой новой, отвоеванной у судьбы жизни.
На траве, среди разбросанных ярких кубиков и воздушных шаров, сидит наш сын.