Глава 12
Сергей
Насвистывая попсовую песенку иду в глубь дома. И чувствую, как внутри закипает глухое раздражение.
Черт. Все пошло не по плану.
Я ведь рассчитывал на ее слабость, на этот извечный женский инстинкт — искать защиты у сильного плеча, даже если это плечо ее только что предало.
Но Марина… она не просто злится. Она пылает ненавистью.
Это опасно. Очень опасно.
Злость на свою невнимательность поднимается к горлу. И как я мог вчера так опростоволоситься? Потерял бдительность и в результате Марина подслушала мой разговор.
Знать бы, как много она слышала.
С размаха ударяю кулаком о стену и морщусь от острой боли. Думал, что с нашим браком покончено, но теперь опять все меняется. Я должен убедить Марину, что люблю и ее тоже.
Иначе с нее станется вывалить все услышанное родителям. И если ее маман та еще дура, то отец ни разу не идиот.
Тесть, конечно, стареет, но за бизнес он мне глотку перегрызет, прежде чем я успею вывести активы.
И тут я понимаю, что сделал не так.
Мне нужно было ее приручить. Показать, что я жертва обстоятельств.
Мне надо было сказать иначе.
«Так сложилось, Мариш, любовь не выбирают, но ты все равно мне дороже всех».
Но я провалился. Она меня отшила так резко, что у меня до сих пор горит лицо, будто от пощечины.
Злюсь на себя за то, как топорно получилось.
Я привык, что женщины тают от одного моего взгляда.
В моей жизни их было много, и все они смотрели на меня снизу вверх. Я никогда никого не любил — это лишнее, любовь мешает соображать.
Я позволял им любить себя. А тут настоящая ненависть. Это так непривычно, что меня даже слегка знобит.
Вспоминаю Марину, как она стояла в коридоре.
Глаза у нее сверкали… чертовски красиво. Она и сейчас хороша. Даже с этой болезненной бледностью и тенями под глазами, в ней больше породы и огня, чем в десятке таких, как Лиля.
Жаль. Действительно жаль, что она так опростоволосилась.
Мы могли бы жить долго и счастливо, править этой империей Короленко вместе, если бы не ее фанатичная любовь к сестренке.
Сама ведь подставилась. Сама отдала почку, сама открыла дорогу Лиле.
А Лиля… Лиля тоже себе на уме. Я вижу, как она поглядывает на счета, как требует внимания. Она — хищник помельче меня, но зубы у нее тоже острые.
Я отлипаю от стены, смотрю куда забрел и иду в кабинет. Захлопываю за собой дверь и даже поворачиваю ключ в замке.
Хватит с меня неожиданностей.
И начинаю мерить шагами кабинет.
Пальцы непроизвольно барабанят по крышке стола. Нервы натянуты как струны.
Что делать дальше?
Если Марина не купилась на любовь, значит, нужно менять тактику. Мягкость не сработала — попробуем изоляцию.
Нужно сделать так, чтобы ее словам больше никто не верил. Нужно убедить тещу, что у Марины на фоне болезни начались галлюцинации, паранойя, и агрессия.
Токсины хлынули в кровь, бред в голову. Да, это единственный путь.
В груди неприятно колет. Я не привык проигрывать. И я не позволю умирающей женщине разрушить мою идеальную жизнь. Нужно действовать быстрее.
Прямо сейчас поговорить с тещей.
Выхожу из кабинета, и прислушиваюсь. В доме стоит тишина.